6
0– Не нравится мне все это! – проговорил Леня, выходя из кабинета и двигаясь дальше.
Следующая дверь вела в спальню.
И здесь беспорядок был просто вопиющим: золотистое шелковое покрывало сдернуто с кровати на пол, из-под него сиротливо выглядывает единственный черный носок, платяной шкаф распахнут, его содержимое разбросано по ковру, с прикроватной тумбочки сброшена бронзовая антикварная лампа…
Окинув спальню взглядом и еще больше помрачнев, Леня перешел дальше, в ванную комнату.
Ванная была едва ли не самым большим помещением в квартире.
В дальнем углу стояла просторная душевая кабина, сложная и красивая, как космический корабль из фантастического фильма.
И в ванной тоже царил беспорядок: дверца душевой кабины распахнута, кремы и шампуни сброшены с полок, на полу валяется скомканное махровое полотенце…
Движимый смутным подозрением, Леня двумя пальцами приподнял это полотенце за край. И невольно вздрогнул: белая махровая ткань была испачкана кровью.
На этот раз сомнений не осталось, и ни на какой соус эти пятна нельзя было списать – это оказались самые настоящие кровавые пятна.
– Вот оно как! – Леня положил полотенце на прежнее место, протер носовым платком ручку двери и все остальные поверхности, к которым прикасался, и вышел в коридор.
На душе у него было скверно.
Мало того что он с симпатией относился к старому адвокату и его искренне огорчило бы случившееся с ним несчастье.
Но кроме этого простого человеческого чувства, Маркиз не мог отделаться от убеждения, что разгром в квартире Левако и исчезновение адвоката напрямую связаны с его последним делом, с маркой «Розовый Реюньон».
К тому же Леня был не из тех людей, кто при всякой неприятности скисает и опускает руки. Нужно было действовать, и действовать незамедлительно.
Он закончил осмотр квартиры, не обнаружив больше ничего, заслуживающего внимания, кроме новых следов спешного и неаккуратного обыска.
