Фрилансер. Абсолютный хищник (СИ)

 — Ох уж эта наша молодость! Золотые годы!..

— Я был фанатом «Пика Судеб», — признался Хьюстон. — Но состав «Моторов Омеги» не забыл, помню. Как и ваши финты на трассе под Флорианополисом. Да, вы правы, какие были годы! — Картинный вздох на публику.

Помощник передал ему чек, и Дерек, изучив его, выдал вердикт, обратившись к парням, приносящим фишки:

— Двадцать миллионов для сеньора Шимановского от ассоциации гонщиков без правил!

Снова небольшой гул в зале, одобряющий, удивлённый, который быстро стих. В меня верят — это главное. Верят совершенно чужие люди, не имеющие никакой выгоды ни от моей победы, ни от поражения.

И это нельзя по#ерить просто так, слившись. Слово за мной.

…Я вернулся к игре. Две пары. С мутным нечто у Феррейра… А, была не была:

— Двадцать шесть миллионов, сеньор крупье. — И лицо попроще сделать. Добавить неуверенности в голосе. Не чтоб прям дрожал, но чувствовалось, что менжую. Спиной понял, как понимающе улыбнулся Кампос. Как растянула уголки губ Катарина — прочли меня, как облупленного. Как ликовал от кайфа лицезреть эпическое противостояние сам Торнадо.

Но Себастьян не понял. И решил наказать меня, сразу забрав всё, включая долги:

— Ререйз. Тридцать миллионов. — Взгляд на меня: «Выкусил?»

— Сеньор Шимановский, если вы подтверждаете ставку, не пасуете, но не можете предоставить всех озвученных средств, тогда мы играем по принципу олл-ин, — напомнил крупье изменения в регламенте. — На всё, что у вас на столе. После чего прекращаем игру — играть принято на свои, а не в долг.

Зря он меня так одёрнул. Понимаю, чел не хочет лишних проблем, но это — дуэль, не его ума дело, где возьму денег…

…Но он, дьявол побери, он чертовски прав! На свои надо играть.

Или не вызывать на такой поединок наследника самой богатой корпорации планеты. «А ты меньше злись, морда… Красивая и громкая» — прикрикнул я на себя.

— Ещё десять миллионов сеньору Шимановскому от ассоциации гонщиков без правил! — спокойный уравновешенный голос Торнадо. Никакого волнения — вот что значит опыт. Также они и на трассе себя ведут, в моменты смертельного риска.

Я воспрял ещё сильнее. В меня верят!!! Всегда приятно, когда в тебя верят. И задача теперь, на самом деле, всего лишь не разочаровывать местную публику.

Я вновь, как и встарь, артист. Громкий красивый артист, а не менеджер и не специалист по психологии. У Феррейра много врагов, я удачно зашёл со своим противостоянием, и если эти враги в меня поверят — поддержат.

«А верить в тебя, морда, будут только пока сам в себя веришь! — помог с настроем внутренний „я“. — Ведь ты в себя веришь, правда?»

— Сеньор крупье, ещё двадцать миллионов для сеньор Шимановского. — А это и Кампос созрел.