Пари, миледи?

— Хочешь сказать, что род твоей жены, в котором отметились барон Варберг и магистр Эгберт, не имеет личного дара?

Каллеман прищурился и посмотрел на мою грудь, как раз туда, где висел невидимый кулон.

— Увы, лорд Каллеман. Мой уровень магии довольно посредственный.

Я улыбнулась и убрала упавший на лоб локон.

— Позволите вашу руку?

Каллеман оставил сигарету в пепельнице, молниеносно оказался рядом со мной и протянул ладонь.

— Что ты собираешься делать? — Уточнил Рольф, тоже оказываясь на ногах.

Правда, устоять у него не получилось, и он заметно пошатнулся.

— Рольф!

Я крепко сжала его руку.

— Ничего, Софи, я в порядке.

Муж улыбнулся мне, но я видела, что ему не по душе самоуправство главы полиции.

— Хочу проверить одну догадку.

В улыбке Каллемана мелькнуло что-то хищное, и он сцапал мою ладонь так быстро, что я даже ойкнуть не успела.

— Хм, — спустя минуту, тихо произнес глава магполиции. — Что ж, леди Стейн, вы были правы, ваш дар довольно средний."

"Мне показалось, или в его голосе действительно прозвучало разочарование?

— А теперь объясни, что именно ты ищешь? — Спросил Рольф, когда глава магполиции снова уселся в кресло.

— Объясню. Но сначала я попросил бы тебя снять перстень и ослабить щиты.

— Зачем?

— Рольф, не задавай ненужных вопросов, — хмыкнул Каллеман и посмотрел так, что стало понятно — он не отступит.

— Что ж, пожалуйста, — спокойно ответил муж, снимая перстень и положив его на стол.

— Щиты, Рольф, — голос Каллемана зазвучал вкрадчивее, и у меня внутри полыхнула тревога.

Что ищет глава магполиции? Вдруг он сумеет понять, что мы с Рольфом носим в себе силу эри?

Мне хотелось вскочить, схватить мужа за руку и бежать без оглядки, но я только вскинула подбородок и постаралась принять равнодушный вид.

«Смелость — это не глупая бравада или бесшабашная удаль, Софи, — вспомнились мне слова матушки. — Бояться — это нормально. Главное, уметь преодолевать свой страх. В этом и заключается настоящая смелость».

И сейчас я изо всех сил старалась быть смелой. Хотя, видит Единый, это было непросто. Ведь одно дело бояться за себя, и совсем другое – за того, кого любишь.

«Ты ничего не найдешь, — безмолвно внушала я Каллеману, подстраиваясь под едва слышную мелодию ткачей и чувствуя, как переплетаются в воздухе невидимые нити.

Тончайшее защитное полотно коснулось Рольфа и облепило его плотно, словно вторая кожа. А я все продолжала по капле вливать свою силу, надеясь, что Каллеман ничего не почувствует.

— Что ты ищешь, Эрик? — Негромко спросил Рольф, пока Каллеман сканировал его арку. — И о каком следе ты говорил, когда упомянул про прием?

— Очень интересный след, — прищурившись, ответил глава полиции.