Драгорн. Том VI (СИ)

Я положил на стол еще две монеты золотом.

— А так? Это весьма большая сумма. На них, пожалуй, можно неделю плавать в свое удовольствие. Но если не устраивает, то…, — я поднялся.

Капитан, видя монеты и мое намерение уйти, даже сглотнул, чем выдал себя. Поняв это, он засопел и тут же их сграбастал.

— Каюту на шестерых предоставлю, питание за наш счет. Высажу, где скажите.

Ну вот, это уже деловой разговор. Судя по тому, что вспотел, боится, что я передумаю. Это действительно большая сумма.

Мы пожали друг другу руки, закрепив тем самым сделку. Выйдя из каюты, я направился за ребятами.

Капитан, выскочил следом за мной, позвал боцмана и распорядился разместить нас по высшему разряду и поставить на довольствие.

Я отправил ребят на корабль устраиваться, а сам задержался на пирсе. Кое-что привлекло мое внимание.

Отсюда хорошо видно, как внизу, на берегу у деревянных мостков, сидят пацаны, двенадцать человек. Старшему лет четырнадцать, остальным, кому двенадцать, а кому и десять. Горит небольшой костерок, старший парень делит между ними не большую буханку хлеба.

Беспризорники, грязные, в старых, даже рваных одеждах, некоторые босиком, жадно сглатывают, ожидая своей порции.

Понаблюдав за происходящим, я направился к ним. В мешочек с медными монетами пересыпал все оставшиеся серебряные. Увесистый получился кошель, тяжелый. Нам они ни к чему, вот и решил отдать пацанам. Видно, что голодные, тощие, недоедают, а может иногда и совсем не едят. Найдя спуск на берег, остановился перед ними.

На меня сразу обратили внимания, все насторожились.

— Ты старший? — я посмотрел на того, кто раздавал хлеб. — Не бойся, не обижу, дело есть, отойдем, поговорим? — я кивнул в сторону.

Пацан нехотя поднялся и зашагал за мной.

Отойдя так, чтобы нас не услышали остальные я повернулся к нему.

— Чего надо? — выдал он, хорохорясь, но было видно, изрядно трусит, косясь то на мой меч, то на кинжал, висящий на поясе.

Я достал мешочек с деньгами и протянул ему.

Парень от удивления захлопал глазами.

— Бери, когда дают. Считай, моя безвозмездная помощь вашей банде. Накорми, одежду купи и обувь. Я видел, как ты раздавал хлеб, оставив себе меньше, чем отдал остальным, и как они жадно ели. Там деньги и много, — я кивнул на мешочек.

Немного поколебавшись, пацан схватил его, тут же удивившись весу, развязал и глянул содержимое.

— Но как же это? Это же…, но почему? — У него даже дыхание перехватило, по всей видимости подомных сумм никогда не видел и даже не мечтал о них.

— Если бы думал, что, взяв кошель, ты смоешься, бросишь своих, то не дал бы. Ты не такой и не оставишь их, не предашь, всегда будешь стоять за пацанов горой, даже ценой собственной жизни. Ты заботишься о младших, в меру своих сил, сам недоедаешь, но отдаешь им последнее, оставляя себе самую малость.