Дом голосов

Ферму населяли одни и те же милые персонажи.

Кот, овца, свинья, филин и волк.

Час назад по указанию Джербера сотрудник социальной службы провел обыск в комнатке ребенка и нашел точно такой же экземпляр.

Гипнотизер заметил, как мелкие слезинки заскользили по щекам Эмильяна.

— Успокойся, все хорошо, — ободрил он мальчика.

Ничего хорошего не было: новая, сильная эмоция ворвалась в игровую комнату, нарушив ее покой. Мальчик-призрак был выведен на чистую воду и теперь чувствовал себя беззащитным, униженным.

Тогда Эмильян склонился над своим рисунком. И повторил еле слышно:

— Мой полдник всегда такой невкусный…

Джербер решил, что на этот раз хватит.

— Сейчас мы начнем считать с десяти в обратном порядке, потом все закончится, обещаю.

Сотрудница социальной службы забрала Эмильяна из игровой комнаты. После заявления, положившего начало процессу, ребенка поместили в приют. Но что станется с ним теперь, Пьетро Джербер не имел понятия.

Готовы ли будут приемные родители снова взять на себя заботы о мальчике, после того как он указал на них как на монстров?

Психолог еще какое-то время пробыл в игровой комнате.

Встал с места, выключил метроном. Искал утешения в абсолютной тишине, воцарившейся в помещении, глядя на собственное отражение в зеркале, за которым уже никто не стоял. Он совершенно вымотался и к тому же чувствовал свою вину перед Эмильяном. Такое случалось каждый раз, когда он разоблачал детскую выдумку. Ведь он знал, что в самой чудовищной лжи всегда таится проблеск правды. В нем являет себя страх и заброшенность.

Приемные родители Эмильяна не сделали ничего плохого. Но истинные виновники ушли от ответственности: это-то и мучило Джербера.

Они не скрывались под внушающими тревогу масками животных. Родные мать и отец Эмильяна, увы, выступали в своем подлинном обличье.

Психолог вышел в коридор с книгой Ханны Холл, которую отдал секретарю, чтобы тот ее приобщил к делу как доказательство невиновности подследственных. Спросил себя, откуда его пациентка могла узнать о деле Эмильяна. И снова был вынужден признать, что ничего не понимает. Обладает ли Ханна сверхъестественными способностями, или речь идет об очередном совпадении? То и другое казалось настолько абсурдным, что Джербер тотчас же с досадой исключил оба варианта.

Силясь найти правдоподобное объяснение, он заметил, что неподалеку собралась небольшая толпа.

Обвиняемые стояли в кругу защитников и членов их религиозного братства, которые пришли их поддержать. Как и следовало предполагать, они испытывали облегчение. Вердикт еще не был вынесен, но за успех можно было ручаться. Муж и жена, совсем молодые, пожимали руки, благодарили. Бабушка с дедушкой были явно растроганы.