Добрые предзнаменования (пер. В.Филиппов)

Тайлер, – и не надо показывать мне язык, юная леди, – это адресовалось Язве, – или я напишу письмо твоей матери и сообщу ей о прискорбном поведении и недостойных настоящей леди манерах ее отпрыска.

В траве на обочине началось какое-то волнение. Шутци, кобелек из тех особенно утонченных карликовых пуделей, которых заводят только люди, неспособные включить строку «Дети» в расходную часть семейного бюджета, подвергся нападению со стороны Бобика.

Тайлер не доверял Бобику. Когда он встретился с ним первый раз три дня назад, Бобик зарычал на него, и собачьи глаза засветились красным.

Это подвигло Тайлера на сочинение письма, в котором он указывал, что Бобик, без сомнения, болен бешенством, безусловно представляет собой опасность для жителей, и его следует решительно пресечь для Общего Блага; в этот момент его жена напомнила, что светящиеся красным глаза не являются симптомом бешенства и вообще бывают только в таких кинокартинах, которые никто из Тайлеров не будет смотреть под страхом смертной казни, но о которых им известно достаточно, чтобы иметь собственное суждение, благодарим покорно.

Адам потрясенно поглядел на мистера Тайлера.

Бобик не обратил на него внимания. Он пытался взять от собачьей жизни как можно больше.

– Бобик, – угрожающе сказал Адам.

Пес виновато, бочком, подобрался к велосипеду хозяина.

– Мне кажется, вы так и не ответили на мой вопрос. Куда вы направляетесь вчетвером?

– На авиабазу, – сказал Брайан.

– Если вы не возражаете, – добавил Адам, надеясь, что в его голосе звучит едкий и уничтожающий сарказм. – То есть мы туда не захотим, если вы будете возражать.

– Ты дерзкая мартышка, – процедил Р.П. Тайлер. – Когда я встречусь с твоим отцом, Адам Янг, я сообщу ему в самых недвусмысленных выражениях, что…

Но ЭТИ уже изо всех сил жали на педали, направляясь на авиабазу в Нижнем Тэдфилде собственным путем, который был короче, прямее и живописнее, чем путь, предложенный мистером Тайлером.

Р.П. Тайлер сочинил в уме пространное письмо о недостатках воспитания современной молодежи. В нем он говорил о понижающихся стандартах в образовательной системе, о недостатке уважения к старшим по возрасту и положению, о том, как они все сейчас ходят, сгорбившись, а не блюдут должным образом правильную осанку, о преступности несовершеннолетних, о возобновлении обязательного всеобщего призыва в армию, о введении розг, телесных наказаний и лицензий на заведение собак.

Он был очень доволен этим письмом. У него появилось смутное подозрение, что для «Глашатая Тэдфилда» оно слишком хорошо, и он решил послать его в «Таймс».

– Извините, дорогуша, – раздался рядом с ним нежный женский голос. – Похоже, мы заблудились.

Рядом с ним стоял престарелый мотороллер, за рулем которого сидела женщина средних лет.