2
0Вряд ли это прозвучало тактично, однако мне необходимо было знать, а сформулировать фразу более деликатно мешала усталость.
Он вздохнул и беспокойно повел плечом, с которым я проделывала свои манипуляции. Он тоже очень устал, и я, без сомнения, делала ему больно, при всей своей осторожности.
– В первый раз за побег, а во второй за воровство – так они указали в списке арестованных, где перечисляют преступления.
– А откуда вы убежали?
– От англичан, – ответил он, с насмешливой улыбкой вздернув одну бровь. – Может, вы слыхали про Форт-Уильям?
– Слыхала, что он принадлежал англичанам, – в тон ему сказала я. – Чем же вы занимались в Форт-Уильяме?
Джейми свободной рукой потер лоб.
– Мне кажется, это была обструкция, так оно называется.
– Обструкция, побеги, кража. Да вы и в самом деле опасная личность! – произнесла я беззаботно, чтобы немного отвлечь его от неприятных медицинских процедур.
Это подействовало как нельзя лучше – уголок широкого рта приподнялся, и голубой глаз сверкнул на меня через плечо.
– Конечно, опасная, – сказал он. – Просто удивляюсь, как это вы, английская барышня, чувствуете себя в безопасности наедине со мной.
– В настоящий момент вы выглядите достаточно мирно.
Это была неправда: даже такой, без рубашки, весь в рубцах, испачканный кровью, с покрасневшими глазами и ввалившимися щеками после бессонной ночи, он производил достаточно грозное впечатление. Пусть и усталый, он, конечно, нашел бы в себе силы перейти в случае необходимости в нападение.
Он рассмеялся – на удивление искренним, заразительным смехом.
– Мирный, как голубок, – согласился он. – Я слишком голоден, чтобы угрожать чему-нибудь, кроме завтрака. Появись поблизости заблудшая пресная лепешка, и я не отвечаю за последствия… Ой!
– Простите, – пробормотала я. – Резаная рана, глубокая и очень грязная.
– Ничего страшного, – успокоил меня он, но даже сквозь отросшую рыжеватую щетину было заметно, как он побледнел.
Я решила продолжить разговор.
– Что такое обструкция? – спросила я. – Мне не кажется, что это большое преступление.
Он глубоко вздохнул и сосредоточенно вперил взгляд в резной кроватный столбик, так как я обрабатывала глубокую часть раны.
– Ну, думаю, что это слово у англичан в ходу, – заговорил Джейми. – В случае со мной оно означало защиту моей семьи и собственности, и во время этой защиты меня чуть не убили.
Он прикусил нижнюю губу, словно бы не хотел больше говорить об этой истории, но потом продолжил, по-видимому, отвлекаясь таким образом от своего плеча:
– Это было года четыре назад. На поместья поблизости от Форт-Уильяма наложили подать – продовольствие для гарнизона, лошади для перевозок и так далее. Нельзя сказать, что это дело кому-то пришлось по душе, но большинство уступило.
