4
0— Как романтично это выглядело в старые времена… — он с чувством продекламировал: «Лицо миледи покрылось смертельной бледностью. „Вы сам сатана!“ — прошептала она». Вот это был гламур…
— Не тянешь на сатану, — сказала Олеся относительно спокойно. — Коли уж мы на «ты»… — она закурила, пальцы ничуточки не тряслись. — Ну, хорошо, хорошо… Вы меня переиграли, сволочи…
— Милая, а ты совсем-совсем не боишься, что мы тебя сейчас придушим? — вкрадчиво осведомился Лаврик.
— Не боюсь, — отрезала она. — Я верю, что вы крутые, но нужно же и соображать… Здесь повсюду камеры видеонаблюдения. Ваши физиономии на десятке пленок. Вы не на цветочный киоск наехали, и вам еще как-то из страны выбираться… понимаете вы это?
— Что ж непонятного? — пождал плечами Лаврик.
— Ладно, я виновата. Каюсь… — она глянула на Мазура без всякого раскаяния. — Вы не гопники из подворотни, жизнь повидали, вряд ли будете меня убивать из чистой мести и прочих дурацких эмоций. Не те вы мужики, мне кажется. Давайте не будем тянуть кота за яйца. Что вам нужно? Вернуть настоящие камушки за приличное вознаграждение или стрясти еще денег? Я бы предложила первое. Если у вас нет надежных и опытных людей, способных камешки пристроить быстро и за хорошие деньги, вы окажетесь в положении Бена Ганна на острове сокровищ. Клад есть, а толку от него никакого… Ваши предложения?
Хорошо держится, сучка, не без уважения подумал Мазур. Ну что ж, события вошли в привычную ей колею, наверняка случалось вести подобные торги — эти лихие девяностые многому способны были научить…
— Ты великолепна, стервь моя ясноглазая, — сказал Лаврик. — Серьезно, без малейшей иронии. Ты отлично держишься, решпект и уважуха. Вот только допустила одну маленькую ошибку, и оттого свернула мыслями не туда…
Он достал бумажник из кармана просторных джинсов, извлек солидных размеров удостоверение в темно-вишневой обложке и протянул Олесе:
— Ознакомьтесь, гражданочка…
Она раскрыла книжечку. Мазур видел, что за надпись вытеснена на обложке под золотым гербовым орлом — и прекрасно знал, что написано внутри. Чистая правдочка написана.
Нельзя сказать, чтобы она изменилась в лице — компьютер продолжал работать. Захлопнула ксиву, протянула ее Лаврику. Он спокойно сказал:
— Вношу полную ясность. Это, — он легонько приподнял удостоверение — перед лицом, — не демонстрация нашей с Кириллом крутизны, а констатация того факта, что мы с ним не кидалы и не гангстеры, и алчностью не страдаем, на твои алмазы нам наплевать.
