Чистый углерод. Алмазный спецназ - 2

Год он, бедолага, маялся, старательно изображая рэкетира… Точнее, человека, помогающего людям вернуть данные в долг денежки, правда, воздействуя при этом на недобросовестных должников абсолютно незаконными методами. Именно тот, кто вам нужен. Ну, поскольку мы совершенно не ждали милостей от природы, мы не стали тянуть кота за поминаемые причиндалы, а навели вас на него. У него к тому времени было за спиной месяцев восемь коллекторского стажа. Вы к нему долго присматривались, изучали, собирали о нем сведения, насколько это было возможно — и в конце концов клюнули. Организовали ему серию крупных непонятностей, грозивших полным крахом налаженного бизнеса, поговорили, предложили работу…

Вот и все. Естественно, весь этот год вы были под колпаком. С лупами и микроскопами проследили ваши славные трудовые биографии, начиная с зари рыночных отношений, когда Северьянов шлепал для торговцев левыми видеокассетами левые же красивые футлярчики, Щербина шестерил у Германа Стеглирова, Калганов открывал кооперативные кафе, а ты работала переводчицей у первых «малиновых пиджаков», под которых заодно и ложилась за приличные по тем временам бабки. Процентов на девяносто реконструировали ваш путь из грязи в князи.

И промежуточные этапы — банк «Бригантина-инвест», списанные танки, которые шли за границу в качестве высококачественных сталей, необходимых в промышленности, и якутские алмазики… И ваше бытие уже в качестве олигархов… Видеозаписей, пленок, подлинников и копий интересных документов, свидетельских показаний накопилось столько, что пришлось вторую комнату пол них заводить, а ведь первая была немаленькая… У меня в отеле ноутбук, если не веришь на слово, можно поехать и посмотреть кое-что. Хотя то, что я знаю о «деле табачного коридора», договоре с «Веттерман Гмбх» и сделке с «Мертон энд Беллингем», само по себе кое о чем говорит. Правда? По твоему личику вижу, что правда…

Мазур посмотрел на Олесю. Она сидела напряженная, как сапер перед минным полем, карт которого у него нет, но удивительным образом спокойная. Ну да, ну да, она была на своем поле. Подобные игры ей не в новинку…

— И дальше? — спросила она с каменным лицом.

Лаврик наполнил лафитнички:

— Так выпьем же за кибернетику… Когда, наконец, мы вытянули удочку с желанной рыбкой на крючке, испытали форменный пердимонокль. Знаешь, что это такое? Ну, не расстраивайся, я сам узнал буквально пару месяцев назад. Понимаешь, в дореволюционном театре был набор устоявшихся штампов — жестов и телодвижений, выражавших определенные эмоции. Зритель прекрасно все понимал. Крайняя степень удивления изображалась так: персонаж широко открывал глаз, поднимал бровь, и из глаза у него выпадал монокль. Это и называлось — пердимонокль.