Чистый углерод. Алмазный спецназ - 2

Это потом за них стали платить премии — грошовые, но если наколотить охапку-другую, то имеет смысл охотиться и лет за десять извели. Змеи не способны подняться вверх по вертикальной поверхности. В змеиных местах африканцы с той же целью поднимали хижины на сваи, а промежутки между сваями заделывали циновками. Мазур еще застал такие дома в глухомани.

— Ну вот, — сказал Булу Шонка. — Посиди пока, подыши свежим воздухом.

Когда дело доходит до драки, таких следует исключать из игры в первую очередь — спокойный, несуетливый, слова лишнего не скажет, оружие держит умело, битая жизнью сволочь. Остальные тоже не выглядят новичками в своем ремесле, вот только Теннесси малость подкачал — отмечен клеймом вечной шестерки, каковая и в Африке шестерка. Такого в случае чего лучше легко подранить — непременно начнет метаться, дико орать, прибавлять суеты…

— Закурить дайте, — сказал Мазур.

— А черную сигару покурить не хочешь? — моментально встрял Теннесси. — На пару со своей девочкой?

Булу Шонка только покосился — и Теннесси моментально умолк, даже попятился на шаг с испуганным видом — похоже, его здесь критиковали не только словесно.

— Билли, — сказал Шонка. — Запали сигаретку и брось ему.

Билли достал пачку, но недовольно заворчал:

— Может, ему еще вискаря?

— Никогда не надо спешить, — наставительно сказал Шонка. — Неизвестно, как все обернется, усек?

Билли кинул зажженную сигарету, упавшую у ноги Мазура. Мазур наклонился и ловко подхватил ее губами.

— Девушка не курит? — спокойно осведомился Шонка.

— Нет, — сказал Мазур.

— И правильно делает. Для здоровья вредно. Ну, сиди, кури и не говори, что к тебе плохо относятся…

Кое-что было понятно уже теперь. Шонка — не последний человек в этой банде, но старшой все же не он. Старшой сейчас сидит в доме и, никаких сомнений, разглядывает трофеи. Причем точно еще неизвестно, чем все кончится — из слов Шонки можно сделать вывод, что с Мазуром попытаются о чем-то договориться.

Он повернул голову вправо-влево — и, не услышав окрика, стал озираться уже откровеннее. Довольно большое, расчищенное от леса пространство. Чуть левее — еще три таких же дома: невысоких, из вековых деревьев, в которых застрянет любая пуля. Ну да, лет его назад португальские плантаторы строили именно такие укрепленные поселки.

Вон тот домик — скорее всего кухня, над ним единственным — высокая кирпичная туба. Но главное…

Слева — рядок бараков, ровным счетом полдюжины, из рифленого железа, без окон, за ними — две круглые серебристые цистерны. Справа — не менее десятка грузовиков, почти все, кроме парочки, с огромными прицепами, украшенными логотипами вполне приличных фирм с именем и репутацией, как ньянгатальских, так и иностранных, парочки близлежащих соседей.