8
0Оставался еще один вариант, учитывающий психологию западного человека… Впрочем, к сожалению, эта психология с приходом новых времен и в родном отечестве расцвела пышным цветом, который рубануть бы лопатой под самый корешок…
Ага, наступил легонький алкогольный приход: щеки чуть порозовели, личико стало не таким испуганным.
— Займемся делом, — сказал Мазур. — Ты когда-нибудь давала интервью газетчикам?
— Откуда? Я же не кинозвезда…
Согнутым в крючок указательным пальцем Мазур подцепил цепочку у нее на шее и выпростал поверх футболки золотой католический крестик. Удовлетворенно кивнул:
— К исповеди ходила, надо полагать?
— Только до семнадцати лет, пока не уехала от родителей. Потом как-то не выпадало случая, и желания не было…
— Это ты зря, — ханжески сказал Мазур (в жизни не бывавший на исповеди, ни дома, ни уж тем более в командировках — вздумай он каяться во всем содеянном, любой служитель Божий поседел бы, не дожидаясь конца исповеди, как ни привычны ко всему на свете исповедники). — Исповедь очищает душу… Ладно, если ходила к исповеди, принцип тебе понятен. Правда, процедура чуточку иная, я буду задавать совсем иные вопросы, нежели кюре, но отвечать ты должна всю правду, как на исповеди… Что-то непонятно?
— А потом ты меня убьешь…
— Зачем, объясни ты мне? — терпеливо сказал Мазур. — И без тебя куча народу на прииске знает, кто я такой…
— Я же видела, как вы… Как Патрис…
— По неловкости выпал за борт, — понятливо закончил Мазур. — Ну и что? У тебя есть видеозапись того, как он повторил подвиг Икара?
Как любят выражаться американцы, это только слова против слов. И потом, когда я тебя отпущу на все четыре стороны в Инкомати, сумею раствориться в воздухе гораздо быстрее, чем ты напустишь на меня легавых. Все подготовлено…
Она машинально кивнула:
— Я знаю, они догадывались… — и прикусила язычок.
— Вот видишь, — сказал Мазур. — Что-то интересное для меня ты знаешь. Так вот, совершенно ни к чему убивать человека, если есть более надежные и эффективные варианты… Когда у тебя кончается контракт?
— Через три месяца с какими-то днями. Продлевать его я не собираюсь… — и замолчала с таким видом, словно невзначай выдала какой-то секрет. Хотя какой в этом мог таиться секрет?
— Прелестно, — сказал Мазур. — Денежки, конечно, копишь на дальнейшее обустройство жизни!?
Она настороженно спросила:
— Вас интересуют мои деньги?
— Три тысячи долларов в месяц. Откладываю почти все, дело даже не в том, что я бережливая — в такой глуши расходы на жизнь минимальные, и квартиру, и еду оплачивает корпорация, это входит в условия контракта практически всех служащих…
— Капиталы прячешь под матрас, кладешь в местный банк или переводишь в ля белль Франс?
— Конечно, во Францию.
