2
0Она сделала несколько шагов, цокая высоченными шпильками, и нависла надо мной, практически затерявшейся подмышкой у Гейба. Который, кстати сказать, не сделал ни малейшей попытки от меня отстраниться. И даже наоборот, привлёк меня к себе ещё ближе. А лёгкое, дружеское объятие, вдруг переросло в демонстративное.
– Линда, познакомься, это Миранда, – светским тоном представил меня Гейб. – Миранда, это Линда, мы сегодня о ней говорили.
Ага, помню-помню. Та самая Линда, которая «уже в прошлом». Вот только саму её об этом известить, похоже, забыли.
– И с каких это пор ты притаскиваешь домой непонятно кого, Гейб?
– Никто меня не притаскивал! – возмущённо взвилась я, но тут же осеклась. Потому что меня ведь на самом деле сюда притащили. В самом буквальном смысле.
– Миранда не «непонятно кто». Она – друг Гвенни, и спасла её от преследователей.
А вот тут ты не совсем прав, Гейб. Я именно что «непонятно кто», вот только сообщать об этом Линде не собираюсь.
Мельком взглянув на прижавшуюся к ноге Стивена Вэнди, Линда никак не отреагировала на известие о её спасение. А ведь должна бы быть в курсе похищения девочки. Похоже, ей было просто наплевать. Её волновало другое.
– И эта «спасительница» будет «жить с тобой»? Что с тобой случилось, Гейб? Раньше ты вроде бы не западал на неполовозрелых девочек.
Так, всё, она меня реально разозлила. Сейчас получит! Я тоже кусаться могу! Опустив глаза себе под ноги, я повозила носком кроссовка по полу, прямо возле шикарных босоножек Линды. А потом удивлённо проговорила:
– Ой, а что это? Кажется, песок… Откуда же он тут взялся, пол же был чистый?
А потом, подняла глаза на Линду, и, словно бы в озарении, воскликнула:
– Да это же с вас насыпалось, бабуля!
Среди обступивших нас полукругом оборотней раздались сдавленные смешки. А Линда зашипела, словно кто-то наступил ей на хвост – хмм… а что, это мысль, нужно будет попробовать при случае, – и с воплем:
– Ах, ты, мелкая!.. – выкинула вперёд руку, пытаясь то ли схватить меня, то ли вцепиться мне в волосы. Но Гейб, моментально развернулся вполоборота, так что я, всё ещё оставаясь у него подмышкой, оказалась полностью закрытой его телом.
Вытянув шею, я выглянула из-за его груди и увидела, что другой рукой он крепко сжимает запястье Линды – видимо, перехватил ту руку, которой она пыталась вцепиться в меня. Наклонившись так, что едва не касался лбом её лба, и глядя прямо ей в глаза, Гейб произнёс негромко, но отчётливо, выделяя каждое слово.
– Никогда. Больше. Не смей. Прикасаться. К Миранде.
– Но она оскорбила меня! Ты что, позволишь ей это?
– Да, позволю. Ты начала первая, так что сама виновата. И если ещё хоть раз попытаешься ударить Миранду – я тебе руку оторву. Она, скорее всего, снова отрастёт. Но, думаю, ты не захочешь это проверить?
– Всё, я поняла.
