3
0– Когда мы узнали, как именно родители назвали малыша, мы упросили их не издеваться над ребёнком, – видя моё недоумение, пояснил Роб. – Джереми – его второе имя, и мы зовём его только так.
– А ты должна была стать Хьюбертом! – смеясь, воскликнул Герб, но, заметив, что никто из родных не поддержал его веселья, растерянно продолжил. – Ну, то есть, так назвали того мальчика, – его голос упал почти до шёпота, – которого схоронили...
– Я так понимаю, мы подошли к тому, о чём вы хотели нам рассказать? – отложив в сторону нож и вилку, спросил Гейб.
– Да, – кивнул Коул, сделав то же самое, – пожалуй, пора.
Я поспешно проглотила недожёванный кусок и вцепилась пальцами в бедро сидящего рядом Гейба, похоже, порвав ему брюки. Но мне нужно было за него держаться, просто необходимо. Мгновенно поняв это, Гейб опустил руку под стол, отцепил меня от своей ноги и, взяв мою ладошку, крепко переплёл наши пальцы. И от этого мне стало чуть полегче, я словно бы черпала у него силы, необходимые мне для тяжёлого разговора.
Я заметила, как Коул притянул к себе жену, а рыжий, чьё имя я так и не узнала, взял на руки Джереми и, со словами: «Ты совсем носом клюёшь, пойдём-ка, поспим немного, ночью-то толком не получилось», вынес его из кухни.
– Итак, – начал Коул, – двадцать пять лет назад мы ждали нашего четвёртого ребёнка. Точнее – сына. Уж извини, Рэнди, но за шесть поколений нашей семьи у нас лишь однажды родилась девочка. Ты – вторая.
– Я ещё считал, что у нас девочки редко рождались, – пробормотал Гейб.
– Я не знаю, сколько их у вас, но у нас определённо меньше. Итак, мы ждали ещё одного сына, даже имя выбрали для мальчика.
– А как же УЗИ? – удивилась я.
– А оно ничего не показывало. Врач ещё смеялся, говорил, что, наверное это всё же девочка, уж больно стеснительная, очень тщательно всё прячет. Но мы считали это лишь шуткой. Поначалу всё шло хорошо, особенно в сравнении с предыдущей беременность, когда моя жена вынашивала близнецов. А потом случилась беда.
– Я никогда не забуду тот день, – вступила в разговор Элли. Мне сложно было осознать, что она – моя мама, мне проще было думать о ней как об Элли, жене Голоса. – В тот раз мы пришли на обычный плановый осмотр. Мне ещё тогда показалось, что доктор чем-то взволнован, но я не придала этому значения – мало ли у кого какие обстоятельства и настроения бывают.
– Это должно было нас насторожить. Наверное, – вновь заговорил Коул. – Но мы тогда лишь предвкушали возможность увидеть на экране нашего малыша Хью. И сначала всё шло вроде бы хорошо. А потом врач вдруг стал во что-то всматриваться на экране, вскочил, забегал, куда-то позвонил, велел срочно готовить операционную.
