Чёрная пантера с бирюзовыми глазами

Едва успев подумать об этом, я почувствовала, что Гейб надевает на меня наушники. Улыбнувшись от такой его заботы, я откинулась затылком на его грудь и стала наблюдать, как земля отдаляется, а здание «тюрьмы» становится всё меньше и дальше. Какое-то время я ещё наблюдала за окрестностями, наслаждаясь полётом, но вокруг всё было таким однообразным, только небо и лес, лес и небо, а в закрытой кабине совершенно не ощущалась скорость полёта. Поэтому, через несколько минут, сморённая усталостью, я закрыла глаза и вскоре, убаюканная шумом мотора, негромко доносящимся сквозь наушники, уснула.

Наше возвращение мне запомнилось довольно смутно. Я частично проснулась, когда с меня снимали наушники. По крайней мере, я достаточно осознавала окружающее, чтобы расслышать, как Гейб даёт указания остальным оборотням – кому, куда и зачем отправляться. Хотя в сами указания я не вникала. Услышала, как улетал вертолёт. Потом почувствовала, как меня заносят в дом и кладут на кровать. Услышала голос Аланы, говорящей, что разденет меня сама, а Гейбу нечего делать в моей спальне. После того, как с меня стащили кроссовки, я, так и не открывая глаз, гордо заявила, что и сама могу раздеться! Со словами: «Ну, сама, так сама», Алана тоже вышла. После этого я нашарила край покрывала, на котором лежала, накинула его на себя, перевернулась на другой бок, закручиваясь в покрывало как в кокон, и снова вырубилась.

Проснулась я от топота и детского смеха за дверью. Выпутавшись из покрывала, я поняла, что так и спала в той же самой одежде, в которой бегала по лесу. Ну, что же, сама виновата. Впрочем, не могла же я позволить раздевать себя как ребёнка. Пожав плечами, я спрыгнула с постели и направилась в ванную.

Разделавшись с самой насущной проблемой, я умылась и привела себя в порядок. Когда я вернулась в комнату, по коридору мимо моей двери вновь промчался Томас, преследуемый Лаки. С первого этажа раздался голос Аланы.

– Томас! Что тебе Гейб говорил? Если ты разбудишь Рэнди, тебя ждут кары, великие и ужасные!

– Да ладно! Скоро обед, а она всё дрыхнет. Сколько можно?

– Уже не дрыхну, – я выглянула из комнаты. Лаки тут же кинулся ко мне и, встав на задние лапы, положил передние мне на плечи и попытался облизать мне лицо.

– Ой! Перестань! Не надо! Сидеть! – я уворачивалась, как могла. Поскольку я, в конце концов, произнесла правильную команду, Лаки тут же уселся возле моих ног, преданно заглядывая мне в глаза и подметая хвостом пол. Я погладила его по голове, на что он вывалил язык и часто задышал, явно получая от этого удовольствие. Подбежавший к нам Томас тоже стал теребить пса, от чего тот, похоже, совершенно разомлел.

– Привет, Рэнди! Расскажешь мне, что вчера было? А то Гейб с самого утра улетел, ничего толком не рассказал. Да и остальным как-то не до меня.