0
0
С жестокой улыбкой он позволил цепи соскользнуть с кулака, она приземлилась на грязный асфальт с безумным, металлическим смехом, будто звенья насладились насилием не меньше самого Рофа. Лессер под ним был все еще жив. Даже несмотря на субдуральные гематомы, которые, несомненно, развивались на передней и задней части мозга, он все равно будет жить, потому что убить гада можно лишь двумя способами.
Один из них – удар в сердце черным кинжалом, которые Братья носили на своей груди. Металл отправит гаденыша назад к прародителю, Омеге, но это станет лишь временным избавлением, потому что Зло пустит вакантную сущность в ход, чтобы превратить в машину для убийств другого человека.
Другой способ был вечным.
Роф достал мобильный телефон и набрал номер. Когда ответил глубокий мужской голос с бостонским акцентом, Роф сказал:
– Восьмая и Торговая. Третий переулок, до упора.
Бутч О'Нил, известный как Разрушитель, ответил Рофу, сыну Рофа, в характерном для него флегматичном стиле. Сама непринужденность. И естественность. Он оставлял так много возможностей для интерпретации своих слов:
– О, да ради бога.
Роф выключил телефон.
Да. Другой, «вечный» способ избавиться от сукиных детей, прибудет приблизительно через пять минут. С болтливым языком на пассажирском сиденье. К несчастью.
Он сел на корточки, закинул цепь на плечо и поднял глаза на квадрат ночного неба, который виднелся над крышами домов. Когда адреналин пошел на спад, Роф с трудом смог отличить возвышающиеся темные силуэты зданий от плоской поверхности неба, и прищурился.
Ты больше не Брат.
Черта с два. Его не волнует, что гласит закон. Он был нужен своей расе больше, чем в должности простого чинуши.
Выругавшись на Древнем языке, он взялся за работу, обыскивая куртку и штаны убийцы на предмет удостоверения личности. В заднем кармане он нашел тонкий бумажник с водительскими правами и двумя долларами.
– Вы думали… он был одним из ваших…
Голос убийцы был слабым и злым, и эта озвучка, в стиле фильма ужасов, снова подстегнула агрессию Рофа. Внезапно, его зрение обострилось, делая врага наполовину четким.
– Что ты сейчас сказал?
Лессер слегка улыбнулся, словно не замечал, что половина его лица превратилась в жидкий омлет.
– Он всегда был… одним из наших.
– Что, черт возьми, ты несешь?
– Как... как вы думали, – прерывисто сказал лессер, – мы обнаружили… все дома этим летом…
Подъехавшая машина прервала его слова, и Роф резко посмотрел в ее сторону. Слава яйцам, это был черный Эскалейд, который он ожидал, а не скорая помощь, вызванная каким-нибудь человеком по сотовому.
