6
0Создавать заклинания, улучшающие нашу жизнь…
— Надо же, как интересно… — в голосе леди Валанье мелькнуло удивление. — Так ты бы не хотела жить во дворце и ходить в красивых платьях?
Я пожала плечами, не понимая смысла вопроса.
— Если это не помешает заниматься магической наукой, то можно это делать и в красивом платье.
Мама Ноэля странно хмыкнула, на некоторое время замолчав.
Тревожная мысль, что я сказала что-то не то, пронзила меня, помогая побороть негу и сонливость.
С трудом, но я открыла глаза, взглянув на леди Валанье. Хорошо хоть она не выглядела хмурой. Скорее несколько озадаченной.
— А как ты… Как ты относишься к детям, Диара?
Я припомнила осень, когда коридоры Западной академии заполняются новыми голосами, а маленькие и потерянные ребятишки то и дело просят объяснить им какое-то самое простое заклинание. И стоит заклинанию получиться, как загораются их глаза…
— О, наверное, мне бы понравилось преподавать, вы правы. Стоит рассмотреть и эту стезю. Спасибо вам за подсказку, — тепло улыбнулась я маме Ноэля. — Как быстро вы начали мне помогать.
— Хм… Пожалуйста, дорогая, — почему-то все также озадаченно отозвалась она.
Массаж давно был закончен, а я при помощи все тех же вездесущих служанок переодета в невероятное красивое бордовое платье корсетного типа. Благодаря маме-швее, я знала, сколько стоит вот такая на первый взгляд обычная ткань, но переливающаяся и искрящаяся от влитой силы, если посмотреть на нее магическим зрением.
На отрез, необходимый для подобного платья и юбки, расходящейся красивыми волнами, понадобиться чуть ли не годовая зарплата моих родителей. Еще деньги специально обученной швее, артефактору…
В общем, помыв меня и накрасив, меня обрядили в целое состояние, будто так и должно быть.
— Идем, дорогая, — удовлетворенно кивнула леди Валанье и всю дорогу до покоев королевы продолжила кидать на меня редкие задумчивые взгляды.
Но уверена, эти взгляды никак не были связаны со стоимостью моего наряда. Дело было в другом.
За прошедшее время мама Ноэля успела узнать, кем являются мои родители, чем они занимаются, есть ли у меня сестры и братья, и даже поинтересовалась, моей жизнью в академии и любимыми предметами.
У меня складывалось впечатление, что леди Валанье собирала обо мне сведения так, как не каждый шпион сработает. Не уверена, что такое мягкое и одновременно подробное «собеседование» проходили даже дворцовые служащие. А их отбирают очень тщательно!
Так что странно было осознавать, но за каких-то полчаса леди Валанье узнала обо мне больше, чем многие сокурсники, а ведь мы проучились вместе восемь лет!
Вот только понять, что же она обо мне думает и какое сложила мнение — казалось невозможным.
