0
0– В его показаниях ни слова про разбитую лампу и обгорелое пятно от пожара. Когда вы спросили его, он ответил, что такого не помнит.
– Но, когда прилетел с нами на Совиную Плаху, – подхватила Анна, – привез с собой керосиновую лампу. Значит, знал?!
– Выходит, это он убил москвичей? Но зачем? Ведь он их впервые увидел перед вылетом в вертолете.
Стерхова задержалась у стола, за которым сидел Иван.
– Теперь я могу ответить на твой вопрос насчет отрезанных голов. Ты спрашивал – зачем? Все очень просто. Это был закос под старинную легенду. Убитая сова на камне-плахе из этой же серии. Сизов интересовался легендой, напускал туману и заставлял нас гоняться за мифическими охотниками из числа коренных народов.
Анна сделала несколько шагов и подошла к карте.
– В охотничье-промысловом хозяйстве мне кое-что рассказали. Два года назад, одновременно с пребыванием москвичей, Сизов поехал на Совиную Плаху с подскоку – с Михайловской избы на снегоходе. А потом на нем же вернулся в Северск. Ему хватило времени на все: догнать и убить Визгора, перевезти тела на ручей. Все намного проще, чем мы с вами думали. Он не метался по разным направлениям и был на снегоходе.
Стерхова села за стол и достала из дела фотографию Холофидина. Вгляделась в его лицо: очерченные скулы восточного человека, прямая линия носа, прищур внимательных глаз. От губы к правой щеке тянулся тонкий белесый шрам.
– Догнал ли Сизов Холофидина? – Тихо проронила она. – Это большой вопрос.
– Мог. – Обронил Астафьев. – Вполне мог догнать. На снегоходе кого угодно догонишь.
В кабинет без стука вошла секретарша Гедройца и протянула тонкий листок.
– Анна Сергеевна, для вас пришел факс.
– Ответ на ваш вчерашний запрос из города Ишима Тюменской области.
– Дайте! – вскочив со стула, Анна схватила факс. – Благодарю!
Она прочитала текст и тут же бросилась к служебному телефону. Быстро набрала номер и, дождавшись ответа, выпалила:
– Мне нужен Василий Окович Лубнин!
Ей ответил нерешительный женский голос:
– Кто его спрашивает?
– Моя фамилия Стерхова, я – следователь.
– Василий Окович умер.
Отняв трубку от уха, Стерхова перечитала текст факса и выругалась:
– Черт! Здесь же было написано – умер в две тысячи пятом году. – Потом снова сказала в трубку. – С кем я говорю?
– Вы когда-нибудь слышали про вашего родственника Игоря Лубнина?
– Это мой двоюродный брат из Красноярска. Но я его ни разу не видела. Нам сообщили, что он погиб, но потом отец встретил его в Тюмени.
– Он сам рассказывал вам об этом?
– Много раз. – Подтвердила женщина. – Отец точно его узнал и даже окликнул. Но Игорь не отозвался и убежал.
– В каком году это было? – спросила Анна.
