Белый асфальт

И когда один, завидев ее, отвернулся, а другой уткнулся носом в телефон, сердце Стерховой неприятно екнуло. Они среагировали на нее слаженно, почти автоматически. Сомнений не оставалось – профессионалы. Анна знала таких людей и понимала, из какого они ведомства.

Поднявшись в номер, она сняла полушубок и легла на кровать, не раздеваясь – помнила, что должен прийти Фокин. Неожиданно для себя, она вдруг уснула и, когда услышала стук, было уже четыре часа утра.

– С ума он сошел, что ли? – с этими словами она поднялась с постели.

Стерхова удивилась еще раз, когда распахнула дверь. Фокин, одетый в шорты и майку, держал в руках бутылку шампанского и пару бокалов.

Показав на них, он сообщил:

– Украл в ресторане. Арестуйте меня.

– Непременно, – буркнула Анна и, проходя мимо зеркала поправила волосы. Потом указала ему на кресло. – Садитесь.

Фокин был в той степени опьянения, когда еще весело и совсем не хочется спать. Он тут же открыл бутылку шампанского и наполнил бокалы, которые поставил на прикроватную тумбочку.

Стерхова сидела на кровати, поскольку другого места не было. Она не стала отказываться и выпила – с чего-то нужно было начинать разговор.

– Шампанское вы тоже украли?

– Нет! Это – нет! – отставив пустой бокал, гость вскинул руки, словно оправдываясь. – Шампанское купил вчера в местном маркете. И, знаете, когда я сюда приехал, был поражен. Тридцать пять лет прошло, а ничего не изменилась. Дверь в магазине «Продукты» скрипит, как и раньше.

– Когда вы уехали из Северска?

– Через год после окончания ПТУ.

– Помните то время? – Стерхова аккуратно подбиралась к нужной теме, но, как выяснилось, напрасно. Фокин ответил прямо:

– Мы договорились, что я буду отвечать на ваши вопросы. Ну, так задавайте. – Он снова наполнил бокалы и поднял свой. – За ваше здоровье!

Делать было нечего – Стерхова тоже выпила. После чего спросила:

– Помните тот поход на Совиную Плаху?

– Когда пропали Лубнин и журналистка? Конечно помню. Что именно вас интересует?

– После того, как они пропали, вы остались на зимовье?

– Ну, да. Семочкин и Шевердов отправились в Северск, а я остался на Совиной Плахе. Мы с рассвета до темноты прочесывали маршрут Лубнина.

– Об это мне рассказали. Меня интересует личность Лубнина.

– Про тайное общество, наверное, слышали? – Фокин скроил комичную мину, сжал кулак и резко выкинул руку вверх: – Секреты храним под луной, ни страха, ни слез – только бой!

– Клинок и коготь. Конечно знаю. Кто, кстати, придумал это название?

– Лубнин. Он был у нас главным. И, вот ведь паршивец, убедил нас в том, что наша пятерка одна из многих, но мы не знаем друг друга.

– Лубнин был рисковым человеком. Ему все было по плечу.