0
0Страх, ни с чем не сравнимый страх охватил ее. И ей ни о чем больше не думалось – все вытеснил страх. Она прибавила газу, и снегоход рванулся вперед. Теперь Анна уже не выбирала дорогу, не уворачивалась от ветвей, хлещущих по лицу и плечам. В висках гулко стучала кровь, дыхание срывалось, а руки уже ничего не чувствовали от напряжения и холода.
Белая тайга вокруг спала непробудно. Густой снег падал с пустого, хмурого неба. И эта нескончаемая пустота, давила бесконечностью и сонным безвольем.
В какой-то момент Стерхова потеряла счет времени. Тайга для нее стала сплошным, лабиринтом из деревьев и снега. Сознание сузилось, удерживая только одну мысль – выжить, добраться до Енисея. Холод сковывал тело, и каждое движение превращалось в непосильную задачу.
Вдруг Стерхова увидела круглый высокий холм, укрытый брезентом и шапкой снега. По краям брезента висела мерзлая бахрома, а из холма торчали пучки соломы.
В тот же момент голова закружилась и перед глазами все поплыло. Силы окончательно покинули Анну и пальцы разжались, выпустив руль. Тело, как мешок свалилось со снегохода на снег. Свет померк перед ее глазами, и она погрузилась в черную, беспросветную тьму.
Неизвестно, сколько времени Анна провела в забытьи. Сознание возвращалось медленно и болезненно. Первое, что она ощутила – холодную свежесть снега и теплое дыхание над собой.
Стерхова с усилием открыла глаза и увидела над собой лошадиную морду. Темные, влажные ноздри животного дрогнули, выпуская облачко пара. Большие карие глаза смотрели на нее внимательно, с каким-то тихим спокойствием. Лошадь фыркнула, склонила голову ниже, и мягкие губы коснулся ее щеки.
Анна инстинктивно напрягаясь. На мгновение ей показалось, что это новый провал в беспамятство, еще один странный бред на грани жизни и смерти. Но мягкое сопение лошади, запах снега, морозного воздуха и терпкого конского пота были слишком реальны. Она жива. И рядом с ней кто-то есть.
Вслед за этим она ощутила прикосновения чьих-то рук и увидела лицо склонившегося над ней мужчины. Оно было смуглым, с очерченными скулами и коротким прямым носом. От уголка губ вверх по щеке тянулся заметный белесый шрам.
В голове полыхнуло воспоминание: она уже видела это лицо и знала этого человека.
– Холофидин… – одними губами прошептала Анна.
– Тихо-тихо, – сказал мужчина, и его голос прозвучал успокаивающе. – Я помогу.
Анна хотела ответить, спросить или сказать что-то важное, но сил не хватило. Сознание снова ускользнуло и погрузило ее в спасительную пустоту.
Стерхова очнулась в постели. Рядом с ней стояла статная женщина в темном платье и в платке. Она склонилась, приподняла Анне голову и поднесла к ее губам стакан с желтой жидкостью.
