Золото Югры

Хан, узнав, как страшно погибла первая большая лодка, велел своим охотникам ставить ему чум на берегу. Но точно напротив того места, где будет стоять малая большая лодка со страшным лицом на материи, привязанной к верхушке гладкого столба, что поставлен посреди лодки.

Пообедали мучной подболткой и жареной рыбой совсем без соли. Соль кончилась неделю назад. Терпели.

После обеда вся ватажная команда спустилась в прохладный трюм брига, подремать по обычаю. Макар и Хлыст привалились спинами к левому борту брига, лицом от солнца, сняли сапоги – охолонить ноги, тихо подремать.

Подремать не получилось. Всякие мысли лезли обеим в головы. И мысли не благостные.

– Всю амуницию, весь порох, все, что осталось от еды, все это поднимем на вон тот, высокий берег, – тихо толковал Макар. – Потом заведем бриг во-о-о-н в тот поворот, поставим корабль поперек реки, бросим оба якоря и прошибем в обшивке дыры. Бриг чутка затонет и на день-другой остановит англов…

– И мы тогда темной ноченькой, да с ножами пойдем на шхуну – помирать… Теперь я тебя понял, Макар. Лестное дело ты придумал! Главное – дело нам понятное!

– Один корабль мы, конечно, вырежем, – убежденно сказал Макар. – И начнем мы резню со второй шхуны. У нее на палубе пушки уже готовы к стрельбе. Этими пушками мы переднюю шхуну будем бить до самого, что ни на есть конца. Или нашего, или англов…

– Ружья на дело брать не надо, – убежденно сказал Хлыст. – Дело пойдет в тесноте трюма, а с ружьем в трюме не развернешься.

У Хлыста был большой разбойный опыт резни на кораблях. Макар про ружья согласился.

– От ружей надобно снять багинеты и взять с собой, – подумавши, добавил он.

Немцы, коим в Риге не достался бриг и припасы на нем, придумали совать в дула своих тяжелых ружей штыки – багинеты. Штык, он в бою надежнее одного выстрела.

– Бывалый Сенька и Молодший Ерошка останутся на берегу, – сказал Макар. – Один опытный, другой сильный. Мало ли что. Если дело случится не в нашу пользу, пусть идут верх по реке. Мне говорили, что там, в середине Оби и Иртыша, наши казаки вроде как уже поставили остроги. Встретят казаков, те им помогут вернуться в Москву. Доложат царю про нашу…

– Молчи! – хрипанул Хлыст.

– … про нашу малую войну.

– Годится про войну. Конечно, про нашу войну пусть царю доложат, – Хлыст привстал, осмотрел из-за борта кусок земли между петлями реки, который предстояло пешком пройти ночью. Там вроде бы сухо. Сейчас вот доглядчики возвернутся, надо сходить, разведать ту низкую да узкую землю…

– Одиннадцать человек с ножами, да ночью, и не такой корабль возьмут на кровь. Только уговор – никого не жалеть.

– Годится, – согласился Макар. – Давай малость ухватим дремы.

Макар закрыл глаза, и сразу возникла Катарина.