В огне аргентинского танго

 – Что большую часть времени ты будешь проводить на работе, а в жаркие ночи и выходные твою чрезмерную опеку я уж как-нибудь потерплю.

– Подожди, это значит, что ты на все согласна? – внимательно всмотрелся в выражение ее лица Глеб.

– Расшифруй, что значит «все», – потребовала, смеясь, Лизавета.

– Все – это все, – твердо заявил Протасов и пояснил: – Это значит – абсолютно все.

– Ну, тогда я согласна, – расхохоталась Лиза.

– Ум-м-м, – простонал он, поняв, какую закрутил фразу, перекатился, лег сверху на нее, опираясь на локти, уперся лбом в ее лоб и, перейдя на серьезный тон, шепотом признался ей: – Я ходил в церковь. В нашу, сельскую. И разговаривал с батюшкой. Все утверждают, что он очень хороший и настоящий батюшка. Несколько раз беседовал с ним. Поставил свечи, как ты говорила, и молебен заказал, и заупокойную службу. Я рассказал ему про Алису, и мы долго с ним говорили, он многое мне объяснил, правда, не со всем, что он сказал, я согласен, но мне стало легче и светлее на душе. Я все еще оплакиваю ее и горюю, ты должна знать.

– И будешь горевать всю жизнь, и помнить ее, – тоже шепотом сказала Лиза. – Это часть твоей души, жизни, часть тебя. Но постепенно твоя горесть превратится в светлое чувство, и, когда ты станешь ее вспоминать, это будут счастливые воспоминания, вызывающие улыбку и теплоту. Так и должно быть, это как чистый источник. Я знаю, я много лет не могла проститься с Павлушей, но я была маленькой испуганной девочкой, которая потеряла любимого братика, а повзрослев, кое-что поняла, отпустила и почувствовала облегчение.

– Давай, что ли, повенчаемся? – предложил он шепотом.

– Обязательно, – улыбнулась она и испортила всю торжественность момента: – Но сейчас мне надо в туалет, потому что я беременная и мне часто хочется писать, а еще очень хочется есть. Но и с этим есть определенные проблемы.

– Разберемся! – пообещал Протасов, мгновенно подскакивая на ноги, присел, поднял Лизу на руки, постоял, пытаясь сообразить. – Так, где у нас тут туалет, а, да, помню, – и рванул к выходу. – Правда, там может не быть воды.

– А здесь у нас будет спальня? – расхохоталась Лиза. – Тем более что мы ее уже опробовали!

– Да? – с сомнением спросил Глеб. – А мне казалось, что на втором этаже, центральная комната с выходом на большой балкон, и там рядом ванная комната.

– А что? – призадумалась Лиза. – Мне идея нравится, надо посмотреть, – и требовательно попросила: – Только никакого больше средневековья!

– Ладно, поменяем эпоху. Как тебе, скажем, викторианский стиль? – предложил шутливо Протасов, опуская ее на ноги возле двери в туалетную комнату, и чмокнул в нос.