Увидеть лицо

Женщин в его жизни было много, все с ними обычно происходило достаточно просто и быстро шло к победному концу… правда, так было и сейчас, но он почему-то ощущал себя неопытной малолеткой, совращаемой циничным профессионалом.

— Не беспокойся, мальчик, я заперла дверь. Теперь я понимаю, для чего здесь везде замки, — хрипло сказала Ольга. Отступив на несколько шагов, она завела руки за спину. Лифчик соскользнул с нее и поплыл прочь, покачиваясь на яркоголубых волночках. Ее груди оказались небольшими, крепкими, с коричневыми сосками — как раз такими, какие ему нравились. Жора облизнул губы и пошел вперед, преодолевая вялое сопротивление воды. Ольга двинулась навстречу, и он, уже больше не раздумывая, схватил ее и стиснул так, что у нее хрустнули кости. Ольга зашипела сквозь зубы, но в этом звуке было удовольствие.

— Да, я знаю, зачем мы здесь, — прерывисто шепнула она ему на ухо и крепко обхватила ногами его бедра. — Для свободы — свободы во всем. Разве это не здорово? Именно для этого нас сюда привезли. Для того чтобы мы в полной мере ощутили, насколько хороши могут быть животные инстинкты.

— Ты сходишь с ума, — пробормотал Жора. Это была его последняя связная фраза, дальше он уже ничего не соображал, и все, что говорила Ольга, подчинявшаяся его рукам и губам и поощрявшая грубые движения, сливалось в нечто длинное и бессмысленное.

— Напротив, именно здесь я в абсолютно здравом рассудке… И я чувствую себя здесь такой живой… как никогда… Только… не надо нежностей… не надо… Именно так…

— Слезь со стола, — сказал Олег, стараясь изобразить в голосе недовольство. — Я пытаюсь показать тебе, что такое, триплет, а ты меня отвлекаешь! Ну вот, видишь, я опять попал в твою очаровательную попку!

— Попал, да не тем, чем надо! — Кристина показала ему язык, после чего отпихнула ногой несколько шаров и почти улеглась на бильярдном столе, свесив длинный хвост платья. Олег сердито бросил кий на пол.

— Ты же сама просила показать! Как можно работать в таких условиях?! Сделать триплет совершенно невозможно, если у тебя перед носом чьито голые бедра!

— Не чьито, а мои! — надменно произнесла Логвинова и повелительно протянула руку. — Рому! Подай-те мне рому!

— Это завсегда с нашим удовольствием! — Олег проворно поднес ей бокал, налил себе, и они звонко чокнулись.