7
0Мадам с изумлением вглядывалась в лицо девушки. Циничное выражение, застывшее в глазах дочери, испугало ее.
Следователь Сердюков задумчиво прохаживался по кабинету. Его служебный кабинет был под стать хозяину. Такой же длинный и узкий. Размера кабинета хватало всего на несколько огромных шагов хозяина. Потом приходилось делать резкий поворот и, обогнув угол стола, двигаться в обратном направлении.
– Все ходит? – спросил за дверью один из полицейских.
– Ходит, поди, целый час! Наверное, весь Невский пробежал! – усмехнулся другой.
Коллеги знали за Сердюковым много странностей. Он был нелюдим, не очень разговорчив, жил одиноко, женщин сторонился, никого к себе не приглашал да и сам в гости не ходил. От дружеских пирушек уклонялся и все больше горел на работе.
И хотя начальство ценило его добросовестное рвение, особых наград и высоких должностей он до сих пор не получил.
В глубине души Константин Митрофанович переживал чрезвычайно, но считал ниже своего достоинства напоминать начальникам о своих добродетелях, ожидая, когда его в конце концов заметят и оценят.
Однако менее ретивые сотрудники давно обогнали Сердюкова по служебной лестнице, а о нем точно забыли.
Но не о чинах и званиях размышлял следователь, вышагивая версты по своему кабинету. Таинственное привидение не покидало его сознания. Существует ли оно?
Если существует, значит, это нечто вполне материальное, видимое, осязаемое. И если оно являлось двум таким разным людям, то почему бы и Сердюкову не повстречаться с ним? Или с ней? Хотелось бы побольше узнать о природе таких явлений, чтобы понимать, с чем имеешь дело. Что ж, придется нанести визит к знающему человеку.
Этим знатоком оказался некто Сухневич. О нем Сердюкову было известно, что сей господин является непревзойденным знатоком природы призраков во всем Петербурге, да и не только в столице. Сухневич специально много лет провел в Англии, где что ни старый дом, то с привидениями. Исколесил Германию, Испанию, Францию, собирая бесчисленные свидетельства таинственных встреч, в почтенном возрасте вернулся на родину и поселился в кособоком домишке на Васильевском острове. Он вел замкнутый образ жизни, общаясь только с теми, кто истово верил в контакты с потусторонним миром.
Его иногда приглашали на спиритические сеансы или спрашивали совета как величайшего знатока в особо сложных случаях, связанных с явлением призраков. Сердюков на просьбу о свидании получил вежливое приглашение для личной встречи.
Сердюков долго не знал, докладывать начальству о подобном визите или нет. Памятуя давнишнее дело об убийстве промышленника Прозорова и всеми странностями, с которыми он тогда столкнулся, Сердюков боялся выглядеть смешным или еще хуже – чокнутым.
