8
0В этот миг он хотел быть кем угодно, дворником, городовым, извозчиком, но только не доктором!
Трофимов не отходил от постели больного, вкалывал ему морфий, и Миронов ушел тихо, не мучаясь. От Ольги не было никаких известий. Трофимов сам управился с похоронами, стремясь выполнить волю покойного – кремировать тело и похоронить его в Петербурге рядом с женой.
Прошло три дня после завершения печальных хлопот. Борис пытался заглушить работой боль утраты любимого наставника, но в голову лезли совсем иные мысли. Как ужасно умереть на чужбине! Как мучительно сознавать, что единственное любимое дитя не примчалось к смертному одру!
Хорошо, что хоть он, Трофимов, оказался рядом!
И вот однажды дверь в лаборатории отворилась.
– Боря! – раздалось за спиной. – Борис, очнитесь!
Он вздрогнул и обернулся. Перед ним стояла Оля Миронова.
– Я опоздала? – Она тревожно огляделась, словно ища кого-то.
– Я опоздала! Опоздала! – Она запричитала, заплакала и заметалась по лаборатории.
– Ольга! Ольга, сядьте! – Он схватил ее в охапку и насильно посадил на скрипучий стул. – Вот, выпейте воды!
– Боже мой, Боря, вы не представляете, как складываются иногда обстоятельства! Ведь мы только похоронили нашего старшего мальчика, Кирилла! Ужасная дуэль, ужасная смерть! И тут я получаю вашу телеграмму. Я даже не поверила своим глазам, не может так быть, столько несчастий в один момент! Воистину, пришла беда – отворяй ворота! А тут еще Вениамин, с его.., с его пьянством, да-да, не удивляйтесь! Я тоже поудивлялась, да все прошло!
Свыклась, приноровилась! Он решил, что если я уеду к отцу, то уж точно обратно не вернусь, и запил так, что чудом откачали.
Такого запоя с ним не было никогда.
Она вытерла глаза платком. Борис жадно изучал ее лицо, фигуру, благо собеседница не обращала внимания на его испытующие взгляды. Трофимов, помогая ее снять пальто и шляпу, вкрадчиво спросил:
– Почему он так решил? Разве вы плохо жили, ссорились?
Оля махнула рукой и вкратце поведала предысторию дуэли.
– И вот только теперь я здесь, – произнесла Извекова, оглядевшись по сторонам, и снова заплакала, вспомнив причину приезда; – Теперь ваш черед рассказывать. – Она снова вытерла глаза и попыталась взять себя в руки.
Они проговорили до позднего вечера.
Оля требовала все новых и новых подробностей жизни и кончины отца. Трофимов пересказал ей все, до мельчайших подробностей. Оба изнемогли от разговоров, и Борис отвез Ольгу в отель. Когда погружали ее вещи, он обратил внимание, что их слишком много для женщины, которая приехала лишь на похороны.
На другой день Трофимов явился к ней в номер спозаранок. Оля ждала его. Они поехали на кладбище и долго там просидели. Борис с жаром говорил об учителе, и в его словах против его воли постоянно сквозил невольный укор Оле.
