Училка и хулиган

Обещаю руки не распускать, — покосился Макс на тапочки.

Я потопталась немного на месте и решила выбрать из двух зол меньшее. Если расположусь напротив подозрительно смирного оборотня, то ему откроется чудный вид на мои обнаженные ноги. А, учитывая отсутствие трусов… В общем, сяду-ка я лучше рядом с ним, чтобы меньше светить эпилированной зоной.

— Точно не будешь приставать? — уточнила и, получив утвердительный кивок, обошла плед и, придерживая край футболки, приземлилась на указанное место.

Тут же наглая рука обхватила за талию и притянула ближе, чтобы через мгновение отпустить. Я только и успела, что испугаться и подумать о коварстве желтоглазого, а он уже успел убрать загребущие лапы, быстро понюхать макушку и коротко мазнуть губами по виску.

— И что это сейчас было? — ошарашенно спросила, недобро зыркнув на нарушителя личных границ.

Нарушитель же тоскливо глянул на мои расцарапанные коленки, украшенные парой смачных синяков, вздохнул и придвинул ближе угощение.

— Расскажи, что там за история про… Как там ее? Истинную пару? — прочавкала я, запивая кусок бельгийской вафли жутко вредной колой.

Оборотень ненадолго задумался, собираясь с мыслями, отобрал стакан с колой, отхлебнул и вернул мне.

— Есть у волков такое понятие — истинная пара. Это тот, кто генетически лучше всего подходит для рождения сильного потомства. Кто-то считает истинных благословением Луны, кто-то — проклятием. — Макс печально улыбнулся и зарылся носом в мои волосы, глубоко и шумно втягивая в себя воздух.

— Эй, договорились же — без рук. — отпихнула я его.

— А я и без рук, — прошептал неугомонный. — Просто нюхаю. Не могу поверить, что встретил тебя.

Я лениво дожевывала последнюю вафлю и обдумывала его слова.

— Подожди, — осенило тугодумку. — Ты хочешь сказать, что я должна родить тебе ребенка?

Отстранилась и с ужасом посмотрела на Макса. Как совести у блохастого хватает просить о таком?

— Почему же должна? — пробормотал растерянный оборотень. — Это обычно по обоюдному согласию происходит.

Я хмыкнула и показала раскатавшему губу нахалу средний палец. Мысленно, конечно. Вспомнила наше фееричное знакомство, начавшееся с колотушек и продолжившееся, в принципе, ими же. И этот драчливый тип думает, что я возжелаю родить ему розовощекого карапуза? Очень смешно.

— А что, Макс, у вас все волки лупцуют свою пару или только мне так повезло? — невинно поинтересовалась и желтоглазый замер, прекратив обнюхивать мой затылок, и даже слегка отстранился.

— Прости за это. Виноват. Я же не знал, что ты моя пара.

— Аааа, я поняла. — ехидно продолжаю. — Значит, свою пару бить нельзя, а остальных можно?

На несчастного побледневшего оборотня было жалко смотреть, но я крепилась.