2
0Не прерывая зрительного контакта, взялся за майку и стянул ее через голову. Моим глазам открылся интересный, но смущающий вид на крепкий мужской торс. Я особо не приглядывалась, вы не подумайте. Я не такая. Но красивое, подтянутое тело оценила. Широкие крепкие плечи и узкие бедра — эталон мужской красоты. И дорожка черных волос, убегающая в место, которое мы, девушки, зовем целомудренно линией бикини.
Это у него такой голос? Ничего себе! Я думала, он только орать, брызгая слюной, может. А он еще вон как умеет. Низко и хрипло, до мурашек.
— Что? — Решаюсь поднять голову.
— Ты мне ничего рассказать не хочешь?
Как завороженная слежу за плавными движениями рук, взявшихся за пряжку ремня.
— Что это вы делаете? — с подозрением спрашиваю у Макса, вознамерившегося показать мне свою линию бикини.
Оборотень невозмутимо вжикнул молнией и начал снимать штаны. Я вспыхнула от негодования, отвернулась и погрозила кулаком, почему-то, кустам. Макс просто за спиной стоит, ему неудобно грозить. Вот и получилось, что кустам, но подразумевалось, что это чрезмерно раскрепощенному оборотню.
— Вы мне тут прекращайте нудизмом заниматься! — возмущаюсь, пытаясь изгнать пунцовость с щек и вернуть себе нормальный цвет лица. — Хочется погулять голышом — идите, вон, в кусты, и гуляйте там!
За спиной слышу какую-то возню, хруст и, наконец, тяжелое учащенное дыхание, которое неумолимо приближается. Чем он там занимается? Надеюсь не тем, о чем я подумала? Опасливо оборачиваюсь и вижу перед своим лицом крупную морду черного волка. Кошмар. Лучше бы он занимался тем, о чем я подумала, честное слово.
— Мама! — взвизгнула и отпрыгнула от животного в сторону. Ну как отпрыгнула. Скорее отползла.
У волка оказалась не только голова крупная. Этакая махина, размером с хорошего теленка, осторожно приближалась к дрожащей мне. Я с тоской оглянулась по сторонам. Нет, ну вы подумайте, ни одного куста рядом! А пушистая зверюга все ближе и ближе, и какие намерения у нее — остается только гадать.
Наконец, вот он, рядом. И руку протягивать не нужно, чтобы дотронуться. На удивление, от зверя не пахло ничем таким, чем могло бы пахнуть, по моему разумению. Аромат хвои, влажной коры тополя и опавшей листвы, вот и все, что различил мой нос. Зато нос черного волка желал познакомиться поближе и осторожно обнюхивал воздух вокруг меня, не прикасаясь к телу.
Я поеживалась и нервно ерзала, пытаясь отдалиться от наглой черной носопырки, но и волк тоже не сдавался и только увеличивал напор. Если поначалу, он не решался дотронуться до тела, то сейчас уже, не стесняясь, навалился широкой грудью и опрокинул меня на траву. И тут же сунул дерзкую морду в ложбинку между шеей и плечом. Глубоко вдохнул и отпрянул в сторону, фыркая, чихая и потирая морду лапами.
