Училка и хулиган

Я не знала, о чем он так глубоко задумался, но интуитивно чувствовала, что лучше сейчас к нему не лезть.

Быстро сунула судочки с невостребованным ужином в холодильник и тихонько прошла к себе в комнату, стараясь не попадаться Виктору Эдуардовичу на глаза. Уж очень странный и непривычный он сегодня.

Макс не дал мне поразмыслить над чудачествами брата и слегка разбавил одиночество. Потом еще раз, и еще… К такому напору жизнь меня не готовила, потому пришлось импровизировать и нагло врать, что сил нет, как хочется испить на ночь молока. Макс недовольно заворчал, но из постели все же выпустил. А я твердо решила вздремнуть на диване в гостиной. Или на полке стеллажа в кладовке. Да хоть на коврике в коридоре, лишь бы от любвеобильного Макса подальше.

Аккуратно прикрыла за собой дверь и на цыпочках пошла по коридору к лестнице. Почти дошла, когда внимание привлекла узкая полоса света, падающая из-за неплотно прикрытой двери, теперь уже бывшей, комнаты Леи. Я сразу поняла, что там забыли выключить свет, а это, как вы понимаете, очень неэкономно. И смело распахнула дверь, намереваясь исправить непорядок. Вот лучше бы от Макса в ванной спряталась, честное слово. Потому как, сейчас пришлось изумленно таращиться на Виктора Эдуардовича. Сидит себе на кровати Леи в неизменном деловом костюме и попивает из толстостенного бокала что-то явно спиртное.

— Ой. Вы тут… А я подумала — свет забыли выключить… Извините.

Игнатов ничего не ответил, отвел взгляд в сторону и сделал большой глоток темно-янтарного напитка. Я же трясущимися руками прикрыла дверь и, кляня женское любопытство, шмыгнула обратно в свою комнату, где тут же попала в объятия гостеприимного Макса.

- Да блин! — взвыла от отчаяния.

— Что случилось? Сильно сжал? — Надо же, какой заботливый. Беспокоится.

— Макс, нам нужно поговорить!

— Давай попозже? — Горячие губы уже прижались к шее и начали неторопливо ласкать заживающую метку.

— Нет, сейчас! — безапелляционно заявила, с трудом отпихивая цепкого, как клещ, неутомимого любовника.

Он нехотя отстранился и сел на кровати, опираясь спиной об изголовье. Вид сделал при этом такой, словно идет на поводу у капризного ребенка. Сложил руки на груди крест накрест и скептически разглядывал меня, ожидая, когда уже закончатся скучные разговоры и можно будет заняться более приятным делом.

Я присела на краешек матраса, тщательно выверяя дистанцию между нами. А то мало ли… Моргнешь медленнее, чем нужно — и уже притиснута к кое-кому горячему и ненасытному.