0
0Все время куда-то бежала во сне…
Начинаю проваливаться в дрему, которой не получается сопротивляться. Тело будто налито свинцом. Шума больше нет. Значит, точно померещилось.
Вязкую, глубокую тишину пробивает звук захлопнувшейся двери. Распахиваю глаза.
Это сон. По-другому просто не может быть! Бес, обнаженный, мокрый, в одном полотенце на бедрах, смотрит на меня с изумлением!
— Если бы знал, что меня ждет такой сюрприз, давно бы приехал, — произносит насмешливо, направляясь к шкафу. Достает еще одно полотенце, начинает вытирать голову.
— Ой! Простите пожалуйста! — вскакиваю с кровати, больно ударившись ногой и едва не упав, закусываю губу и поборов желание схватиться за прострелившую болью ногу, выпрямляюсь.
— Бывает. Сходи к врачу.
— Да, хорошо, так и сделаю, — бормочу совершенно не соображая. — Извини… еще раз, мне ужасно стыдно.
— Не переживай. Мне понравилось. Заходи в любое время, как голова закружится.
Пока он занят тем что вытирает голову, невольно бросаю взгляд на обнаженный торс Беса. Пялюсь на него шокированно.
Он весь в кровоподтеках и ссадинах!
— Что случилось? — спрашиваю дрожащим голосом.
Бес выпрямляется, откидывает полотенце.
— Слушай, не хочу тебя смущать, но я собираюсь поваляться в постели. Голым. Тебе лучше уйти.
Это безумие, он отпустил меня, разрешил уйти, даже не особо издеваясь, вообще не придав значения тому что я валялась самым наглым образом на его кровати. Но я не могу уйти, внутри все сжимается от боли, когда смотрю на кровоподтеки. Бесу явно пришлось несладко.
— Ты вроде в курсе где я провожу время по ночам. Беги давай, еще где-нибудь пыль протри.
Моя рука лежит на ручке двери.
Он ни на что не намекал, не пытался лапать меня, а я…
Меня колотит, бросает в жар, я вся вспотевшая. и возбужденная.
Берслану больно, это видно по тому как кривится, опускаясь сверху на покрывало.
Полотенце все еще облегает его бедра. То, что Бес не пытается как обычно шокировать меня, раздевшись полностью, почему-то придает смелости.
Подхожу, помогаю ему откинуть одеяло.
— Я могу помочь? Наверное, надо вызвать врача.
— Нет. Не надо никого звать. Поищи в аптечке обезболивающее.
— Еще воды принеси. Побольше.
— Да, я сейчас! — бросаюсь к двери.
Оборачиваюсь. Меня до комка в горле волнует, как он произнес мое имя.
— Не говори никому про меня.
— Они конечно узнают, но чем позже, тем лучше. Отец не в восторге от моего хобби. Будет куча бесполезных нотаций.
— Ты собираешься прятаться в собственном доме?
— Мне надо отоспаться. Дай мне немного времени. Если ты никому ничего не скажешь, никто не зайдет сюда.
— Хорошо, — киваю. — Сейчас дома никого. Я скоро вернусь.
Поверить не могу, что мы разговариваем на равных.
