Сумерки

— Эдвард сказал, что это очень трудно сделать… Но я не очень поняла, — сказала я.

— Мы в каком-то смысле как акулы. Если попробуем крови или хотя бы просто почувствуем ее запах, нам очень трудно удержаться и не насытиться. Иногда просто невозможно. Поэтому, укусив кого-то, мы тут же теряем над собой контроль. Так что трудно приходится обоим: одному — из-за жажды крови, другому — из-за невыносимой боли.

— Как думаешь, почему ты ничего не помнишь?

— Не знаю. Для всех остальных боль превращения — самое яркое воспоминание о человеческой части их жизни. Я же из человеческой жизни вообще ничего не помню.

Ее голос был полон тоски.

Мы молча лежали рядом, погруженные каждая в свои думы.

Время шло, и я почти забыла о присутствии Элис, как вдруг она вскочила и через мгновение уже стояла рядом с кроватью. Моя голова резко дернулась от ее движения, и я, вздрогнув, уставилась на нее.

— Что-то изменилось.

Ее голос звучал тревожно, и разговаривала она уже не со мной.

Она двинулась к двери, и почти одновременно с ней там оказался Джаспер — очевидно, он слышал и весь наш разговор, и ее неожиданное восклицание. Он положил руки ей на плечи, подвел обратно к кровати и усадил на край.

— Что ты видишь? — настойчиво спросил он, заглядывая ей в глаза.

Она смотрела в пространство. Я придвинулась ближе и наклонилась, чтобы разобрать ее быструю тихую речь.

— Я вижу комнату. Она длинная, везде зеркала. Деревянный пол. Он в этой комнате, ждет. Там золото… золотая полоска вдоль зеркал.

— Не знаю. Чего-то не хватает — какое-то решение еще не принято.

— Сколько осталось времени?

— Это скоро. Он будет в зеркальной комнате сегодня или завтра. Это зависит от чего-то. Он чего-то ждет. Сейчас он в темноте.

Джаспер спрашивал спокойно и методично — очевидно, он вошел в привычную роль.

— Он смотрит телевизор…нет, он смотрит видео, это уже в другом месте.

— Ты видишь это место?

— Нет, слишком темно.

— В зеркальной комнате видно что-нибудь еще?

— Только зеркала и золото. Какая-то лента вокруг комнаты. Еще там черный стол с большой стереоустановкой и телевизор. Там он тоже что-то делает с видео, но не смотрит, как в темной комнате. В этой комнате он ждет.

Она перевела взгляд на Джаспера.

Она покачала головой. Не двигаясь, они смотрели друг на друга.

— Что это значит? — спросила я.

Сначала никто из них не ответил, потом Джаспер перевел взгляд на меня.

— Это значит, что планы ищейки изменились. Он принял какое-то решение, и оно приведет его в темную комнату и в зеркальную комнату.

— Но мы не знаем, что это за комнаты?

— Но зато мы знаем, что кое-кому не удастся поймать его в горах к северу от Вашингтона. Он от них ускользнет, — бесцветным голосом добавила Элис.

— Надо им позвонить? — спросила я. Они обменялись серьезным взглядом, принимая решение.