Спасенная репутация

Когда оно подойдет к концу, ему придется кое-что сделать, кое с чем столкнуться; это очень нелегко для любого человека. Из-за тебя ему будет трудно сделать то, что он должен сделать.

Его тон встревожил ее.

– А что он должен сделать?

Мактавиш только покачал головой и замолчал. Ей не узнать от него никаких секретов.

– Что ж, прекрасно. Я понимаю, что вы не можете довериться мне, но по крайней мере посоветуйте, как облегчить Нику ту задачу, которая ему предстоит.

Он окинул ее долгим, угрюмым взглядом.

– Это не выход, – твердо сказала она. – У меня и так есть лишь короткое время до Бильбао, и я не откажусь от него.

Должно быть, это что-то ужасное – то, что Николас должен сделать. Она могла понять это по выражению лица Мактавиша.

– Так вот что порой таким тяжелым грузом давит на него, да? – тихо спросила она. – Делает его молчаливым и замкнутым. – Единственным, что вытягивало его из этого настроения, была музыка. И иногда Фейт. Иногда она все же помогала.

– Это что-то настолько ужасное, что об этом страшно даже думать?

– Но должно же быть что-то, чем я могу помочь?

Фейт закусила губу. Не в ее натуре сдаваться.

– Мактавиш, вы видите этот период до нашего приезда в Бильбао как период ожидания, нечто такое, через что нужно пройти, прежде чем начнется настоящая работа, да?

– Это дело. То, что вам с Николасом нужно сделать.

– Ага. Все остальное – не более чем прелюдия.

– Да, но как вы не понимаете, что для меня это тоже прелюдия? Это мой шанс создать что-нибудь.

Он опустил взгляд на ее живот.

Она покачала головой:

– Нет, хотя если бы это случилось, это было бы... просто чудесно. – Она вздохнула. – Но я говорю о Николасе. Я обещала ему, что, когда мы доберемся до Бильбао, я покину его и вернусь в Англию, и я сделаю это. – Она посмотрела на Мака. – Я не нарушаю своих обещаний. Но я думаю о том, что будет после, когда он сделает то, что должен сделать. Если я могу построить что-то между нами сейчас, что-то хорошее, крепкое и прочное, тогда, что бы ни принесло Бильбао, мы сможем двигаться дальше. До Бильбао у нас есть только короткое время, но после Бильбао... ну, у нас будет вся жизнь.

Последовало долгое молчание.

– Пока смерть не разлучит вас?

Она кивнула, радуясь, что он наконец понял глубину ее привязанности к Николасу.

Он пожал плечами и горестно проговорил:

– Что ж, так тому и быть.

– Если ты хочешь построить что-то с капитаном Ником до Бильбао, давай, действуй. Я мешать не стану.

– А после вы мне тоже поможете?

Он поджат губы, затем покачал головой:

– Нет, девочка. После Бильбао ты уж как-нибудь сама.

Фейт кивнула, не утратив присутствия духа:

– Значит, только Николас и я.

Она вздохнула. Как же трудно разговаривать с мужчинами! Ей нужны сестры. Ей нужна Хоуп.