2
0Должна радоваться, узнав, что с Шайраном все в порядке, что он выбрался из заточения. Но меня начинает трясти при мысли, чтобы к нему подойти, прикоснуться. Слишком больно, слишком страшно вспоминать ту злополучную ночь, его глаза, полные жестокости и бешенства, его жадные ласки, в которых не было ни капли нежности. Наверное, я свыкнусь с этим. Смогу переступить. Но не сегодня. Не сейчас.
– Спасибо, Шайран. За то, что ты делаешь, – все же сказала я. Потому что поблагодарить обязана. Он действительно многое для меня сделал и продолжает делать.
– Вика… – Он шагнул ко мне, поймал за руку.
Вот теперь в его глазах я отчетливо прочитала боль. А еще нерешительность, растерянность. Шайран не понимал, как себя вести, что говорить.
– Отпусти. Пожалуйста, не трогай меня.
Еще больше боли в его глазах, это чувство буквально все собой переполняет – и Шайран отступает, отпуская мою руку.
– Прости меня, Вика. Я виноват.
– Да? И почему ты так решил?
– Потому что все выяснил.
– И что именно ты выяснил? – Да, мне тоже интересно узнать. А то в последнее время частенько так получается, что каждый знает что-то свое, и где истина – не разобраться.
– Ксандр вколол тебе препарат, из-за которого ты не могла сопротивляться, – сказал Шайран, не сводя с меня напряженного взгляда.
И это тоже интересно. Потому что после произошедшего, уже когда очухался, Шайран ко мне не приходил и унюхать не мог.
– Этот запах… Он почти неуловим, даже для дракона. – Шайран поморщился. – Ксандр хорошо разбирается в вопросе и сумел подобрать идеально подходящий препарат. Но совсем легкий, едва уловимый ореол все-таки был. В тот момент… я не обратил внимания. Так пахнут цветы, совершенно безобидные. Не используются ни в препаратах, ни в зельях. Зато иногда применяются в одеколонах. Я… тогда просто не заметил, отбросил деталь, как несущественную. Не был способен трезво рассуждать. Вика, то, что было… оно у драконов случается. В период, когда связь почти закончила образовываться, но дракон не может быть со своей парой. А запах другого на тебе… Я сошел с ума. Просто сошел с ума.
Сердце болезненно сжалось. Уж его сумасшествие незамеченным не прошло.
– Значит, потом ты вспомнил об этом запахе и понял?
– Я сразу понял. Сразу, как только безумие отступило. Тогда верх взяли инстинкты. Инстинкты собственника, желающего обладать. Но когда безумие отступило, я все понял. Только… поздно уже было. Но, Вика, Ксандр знал. Он знал, что так будет. Просто подумай об этом.
– Между мной и Ксандром ничего нет.
Знает он! Ну конечно, теперь знает.
– Я хочу сказать, что мне наплевать на его цели и причины, которые подтолкнули к этой подставе. А ты… ты все равно тогда сорвался!
Так, спокойно, Вика. Нужно перевести дыхание и успокоиться, чтобы не закатывать истерику.
