Шипучка. Ты уже часть меня

Теперь я готова к разговору на все сто и не собираюсь… Тело содрогается, когда мой взгляд привлекает еще одно действующее лицо, сидящее на лавке возле моего подъезда. Вот черт! Его я никак не ожидала здесь увидеть.

– Если ты хотела скрываться от меня, то возвращаться домой не самая умная идея. Учитывая, что я знаю, где ты живешь, – произносит Арсений, качая головой.

Он зол, может, даже обижен, но старается не выпячивать это, скрываясь за шутками. Я заслужила его колкости и недовольный тон, поэтому виновато опускаю голову, чтобы не видеть его укоряющий взгляд, который царапает душу.

– Сень, я не собиралась прятаться, просто… – пытаюсь быстро все объяснить и придумать, как сплавить его поскорее отсюда, чтобы не дать столкнуться с не самой лучшей стороной моей жизни. Точнее, моего прошлого.

– Тогда, может объяснишь, где ты была и почему не отвечала на звонки и сообщения?

– Слушай, давай поговорим чуть позже? Встретимся где-нибудь через пару часов? М? Мне нужно… – бросаю косой взгляд на подъезд.

Только бы он не поднял головы. Пожалуйста. Это будет самая жестокая жесть. Сеня оборачивается, а затем с ухмылкой снова смотрит на меня.

– А это еще кто? Парень?

– Бывший, – отвечаю сбивчиво.

– Да, – выходит тихо и хрипло.

Мне все еще больно, и я ужасно боюсь встречи с Марком. Он всегда был слишком эмоциональным, а в гневе совершенно не следил ни за словами, ни за действиями. Нет, никакого физического насилия, но сломанные и разбитые вещи меня все равно очень пугали. А сейчас… Не представляю, зачем он здесь, но чувствую, что не просто потому что соскучился. Его обычная поза великого расстроенного мыслителя: локти упираются в колени, а голова опущена, выдает его намерения. Ругаться пришел.

– Не трусь, Шипучка. Я не дам тебя в обиду, – уже своим обычным невозмутимым тоном проговаривает Сеня и хватает меня за руку, утягивая к подъезду.

Сердце в страхе бешено колотится, отдаваясь грохотом в висках. Нервы натянуты, как струна, что вот-вот лопнет. Что же будет сейчас? Это худший из всех возможных исходов. Пытаюсь вернуть руку, чтобы сбежать, пока еще есть возможность, но это же Арсений. Попробуй выбраться из его железной хватки.

– Не надо, – тихо прошу я, сопротивляясь всеми силами, но Арс словно не слышит и не чувствует ничего.

Марк встает со скамейки, когда замечает нас, и презрительно смотрит на наши с Сеней переплетенные пальцы. Что? Переплетенные? Когда он успел?

– Какая ты шустрая, – выплевывает бывший, а у меня внутри все замирает.

Его голос полон отвращения и брезгливости, но вот взгляд. Трудно смотреть в глаза близкому человеку, который совсем недавно перестал быть таковым. Зачем вообще он пришел? Месяц не объявлялся, и тут на тебе.