Шипучка. Ты уже часть меня

Никаких встреч не должно быть, а если уж так случилось, то нужно сделать вид, что вы не знакомы. Даже такая, как я, это знаю. Но почему он выглядел таким радостным, когда увидел меня?

Поднимаю взгляд на свое отражение в зеркале, и крохотная улыбка подсказывает – мне все-таки приятно, что он не стал играть в незнакомцев. Но тут же эмоции меняются, сковывая мышцы лица ледяной коркой. Я не могу видеться с ним. Не в своем положении. Прикладываю руку к животу. А что, если это он? Лучше не думать об этом. Вряд ли Арсений обрадуется такой новости. Тусовщик и спорщик на девушек – заботливый и внимательный отец? Смешно! Нужно просто тихонько свалить отсюда и сидеть дома во избежание подобных случайностей.

Распахиваю дверь и натыкаюсь на обеспокоенный взгляд карих глаз и недовольно сжатые губы. Но даже так они очень красивые, очень… Все-все. Хватит. Нужно уходить, и как можно скорее, но это не так просто, как кажется. Арсений тут же хватает меня за руку и притягивает к себе. Сильный. Оказываюсь напротив широкой груди и окунаюсь в пьянящий запах, от которого, как ни странно, даже не тошнит.

– Ты как? Тебе плохо? – спрашивает Арсений, заглядывая в глаза.

– Нет. Все нормально, – опускаю голову. Знаю, как выгляжу. Видела в зеркало. Не самая приятная картинка.

– Мне не нравится цвет твоего лица.

– Представь себе, мне тоже. Предлагаю делать, как я. Не смотреть! – кручу запястьем, чтобы забрать руку, но хватка слишком крепкая. Да что же он меня никак не отпустит?!

Замечаю во второй руке Арсения мои пакеты и немного расслабляюсь. Это же просто вежливость. Он хочет помочь, а я… Ну идиотка чистой воды.

– Слушай, спасибо, что э-э-э… Оказал поддержку, но можешь теперь отдать мне пакеты и отправляться по своим делам, – произношу спокойно, но все еще не решаясь поднять голову.

– Мы едем в больницу, – строго чеканит Арсений и тянет меня за собой.

– Что? – упираюсь, пытаясь остановить этот буксир. Да кем он себя возомнил? – Какую больницу? С ума сошел?

– Тебе нужно к врачу, – снова этот холодный тон.

Эй, где вечно улыбающийся Арсений? Парень-ветерок? Что за грозовой шторм здесь теперь?

– Нет! – твердо произношу, и он останавливается так резко, что я врезаюсь носом в его спину.

Прикосновение наших тел вызывает странные чувства. Хочется обхватить его руками и прижаться сильнее, чтобы раствориться в этом тепле, но я, вернув самообладание, шагаю назад, только вот мое запястье в его руке не дает по-настоящему отстраниться.

– Я в порядке, ясно? Отравилась пирожком. Не свежие котята были. Бывает. Ничего страшного.

– По тебе не скажешь, что ты ешь пирожки.

Он отпускает мою руку и проводит указательным пальцем по косточке ключицы, выглядывающей из ворота футболки. Прикосновение легкое, но отзывается во мне сладкой волной.