Шипучка. Ты уже часть меня

Двое внутри сходят с ума, глядя друг на друга, потому что не могут понять, откуда взялось это притяжение? Этот бешеный стук сердца и рваное дыхание. Они просто сидят рядом, глядя в глаза, но ощущение, словно это таинство двух людей за закрытыми дверьми на приятных к телу простынях.

– Ты ненормальный, – Мила тяжело сглатывает.

– Так как насчет свидания с ненормальным? – Жуков не собирается отступать. Это не в его правилах.

– Чего ты боишься, Люд? Что не устоишь? Что чувства вернутся? – Слава не стесняется грязных ходов.

– Никогда! – с остервенением выпаливает Мила.

Ее явно бесит самоуверенность Жукова, и она не боится показывать это мимикой.

– Тогда в чем проблема? Один вечер, и если ты скажешь мне: «Отвали», после всего, то я так и сделаю.

Люда задумчиво отводит взгляд, а после вздыхает, принимая поражение. Что может изменить один вечер?

– Снова угрожаешь мне?

– Пусть это будет просто примечание, а не правило, – с загадочной улыбкой произносит Жуков и поворачивает ключ в зажигании, выпрямляя спину.

Сеня молчит всю дорогу, и я тоже. Не знаю, что сказать. Не могу подобрать слов и придумать с чего начать. Чувствую себя какой-то грязной тряпкой, хоть и не сделала ничего такого.

Поднимаемся в квартиру, так и не проронив ни слова, и друг за другом входим в гостиную. Арс со вздохом опускается на диван и неспешно притягивает меня к себе за бедра, утыкаясь лицом в живот. Закрываю глаза, чтобы сдержать вновь подступающие слезы от нежности этого жеста и от чувств к этому мужчине.

– Эй, малыш, – тихо произносит Сеня, задирая мою футболку, и касается губами обнажившегося живота. – А нельзя тебе туда мобильник закинуть? Ты тогда смог бы скидывать мне вашу геолокацию. На мамочку совсем надежды нет.

Арс берет меня за руки и влечет к себе. Принимаю приглашение и усаживаюсь ему на колени. Лицом к лицу. Очень близко друг к другу, но эмоциональное расстояние между нами не изменилось. Все еще слишком далеко, чтобы дотянуться.

– Я так испугался, когда не нашел тебя дома. Не делай так больше. Никогда… – Арсений звучит тихо и впервые за все время слишком уязвимо.

Чувствую себя ужасно оттого, что это я виновата в таком его состоянии.

– Я же говорила, что не уйду больше, пока ты сам не попросишь.

– А я уже говорил, что этого никогда не случится, – со стальной решительностью произносит Арс.

Он что, предсказатель? Откуда столько нерушимой твердости в словах.

– И как ты можешь быть так уверен? – опускаю голову, потому что вновь чувствую боль в районе груди.

Переживания и страхи дают о себе знать.

– Эй-эй, – приподнимает мой подбородок. – Ника… Я ужасный э-э-э… Как это? Собеседник. Отвратительно подбираю слова и совершенно не умею объяснять свои мысли правильно, но я попробую, ладно?

Киваю.