Шепчущий череп

 – Он ищет контакта с человеком, тянется к тебе… А ты должна удерживать весь сгусток плазмы в одном месте, чтобы она не вырвалась, иначе возникнет опасность для работающих рядом с тобой товарищей-агентов. Попробуй применить двойной защитный узел, такой, например…

Клинок Локвуда со свистом прочертил в воздухе сложный узор.

– Нет, мне такой никогда не освоить, – сказала я.

– Да брось, это всего лишь виток Куриаши. Как-нибудь покажу его тебе, он не такой уж сложный.

– Чай стынет, – заметил Джордж. – А я раздумываю, взять мне последний кусочек рулета или нет.

Джордж соврал. Рулет по-прежнему лежал на блюде. Почти целый. Но действительно пора было что-нибудь съесть, здесь я с Джорджем согласна, а то в животе как-то скучно и ноги словно ватные. И вообще нужно отдышаться и отдохнуть после вчерашней незадавшейся ночи. Я проскользнула между Джо и Эсмеральдой и направилась к столу. Локвуд задержался, чтобы сделать еще несколько выпадов – стремительных, плавных и элегантных. Мы с Джорджем жевали рулет и наблюдали за своим шефом.

– Как тебе рулет? – спросила я Джорджа.

– То, что надо, – с полным ртом ответил он. – А вот такие штуки, как виток Куриаши, я просто не перевариваю. Модная дешевка, и больше ничего. Витки Куриаши специально придумывают в больших агентствах, это для них что-то вроде визитной карточки. А меня учили по-простому: увидел Гостя – бей, удерживай его на месте и не давай прикоснуться к себе. Все. Точка. А то Куриаши, Куриаши!

– Ты все еще переживаешь из-за вчерашней ночи, – сказала я. – Знаешь, я тоже.

– Как говорится, неприятность эту мы переживем. Да, это моя вина – я не расследовал это дело как положено. Но мы были должны, обязаны обратить внимание на тот камень и разобраться с ним раньше, чем туда нахлынула толпа этого сброда из «Фиттис», – покачал головой Джордж. – Банда снобов. Задаваки. Я-то знаю, я там работал. Они кривят губу, если заметят, что на тебе не модная куртка или что у тебя брюки не отутюжены. Как будто внешний вид – самое главное в человеке…

Тут Джордж без стеснения запустил руку себе в штаны и почесался.

– Да нет, в большинстве своем агенты из «Фиттис» – славные ребята, – возразил подошедший к столу Локвуд, кажется, совсем не запыхавшийся после своих упражнений. Он со звоном положил рапиру на стол и продолжил, отряхивая с ладоней тальк: – Они такие же подростки, как мы, и точно так же постоянно рискуют своей жизнью. Старшие инспекторы – вот корень зла. Это они воображают себя неприкасаемыми только потому, что получили непыльную работенку в старых крупных агентствах.

– И не говори, – мрачно сказал Джордж. – Меня тошнит от этих инспекторов.

– А Киппс – самый мерзкий из них, – кивнула я. – Он до печенок ненавидит нас, верно?

– Не нас, – сказал Локвуд. – Меня.