Шепчущий череп

Казалось, они целую вечность цокали своими подкованными башмаками, фотографировали со всех ракурсов тело, кинжал и пятно крови на ковре, выворачивали карманы мертвеца, фотографировали и затем укладывали в маленькие пакетики их содержимое. А мы все это время должны были сидеть в своей гостиной и ждать.

Больше всего меня раздражало, что в осмотре принимает участие Киппс со своей командой. Их Барнс почему-то не прогонял, как нас. Высокий лохматый Нед Шоу шастал по всему первому этажу, путался под ногами у медиков, спорил с бригадой уборщиков, причем очень грубо и вызывающе. Малыш Бобби Вернон тоже крутился здесь со своим пюпитром, зарисовывал кинжал – в точности, как до этого сделали мы с Локвудом. Он наблюдал, как осматривают карманы покойника, покачивал головой и сквозь открытую дверь гостиной пристально посматривал на нас. Тем временем лишенная чувства юмора (и не только) Кэт Годвин пыталась уловить парапсихологические следы, возможно, оставленные убитым. Она так долго стояла в углу холла – неподвижно, с закрытыми глазами, что меня так и подмывало подкрасться к ней с одной из курток Джорджа и накинуть ее на Кэт как на вешалку. Наконец тело поместили в черный мешок, застегнули «молнию» и отнесли в машину. Скатали и убрали ковер. Затем бригада уборщиков принялась обрабатывать холл солью. Один из оперативников, лениво жуя резинку, просунул голову к нам в гостиную и сказал:

– Все сделано. Хотите, чтобы мы посыпали пол в холле железными опилками?

– Нет, спасибо, – ответил Локвуд. – Это мы можем сделать сами.

Оперативник состроил гримасу.

– Жертва убийства, – заметил он. – Шестьдесят пять процентов из ста, что убитый может явиться к вам в течение первого года после смерти. Тридцать пять – что это произойдет позднее.

– Да, мы знаем. Все в порядке. Мы сами установим защиту. Мы агенты.

– Впервые вижу агента в таких шортах, – сказал оперативник и ушел.

– Я тоже, – подтвердил Барнс. – А я на службе уже тридцать лет. – Он побарабанил пальцами по подлокотнику дивана и в тысячный раз посмотрел на нас.

Вот уже полчаса инспектор проводил с нами допрос третьей степени. Вновь и вновь заставлял нас рассказывать, что случилось этой ночью, начиная со стука в дверь и заканчивая минутой, когда прибыли медики. Мы отвечали, придерживаясь близко к истине, но только близко, разумеется. Мы ничего не сказали о том, что успел сказать Карвер. По нашей версии, он ввалился к нам в дом и сразу упал замертво, не успев произнести ни слова. О записке Локвуда, ясное дело, мы тоже не упоминали.

Квилл Киппс, сложив на груди руки, стоял позади Барнса, облокотившись на сервант, и, прищурившись, наблюдал за нами. Годвин и Вернон сидели на стульях.