Шепчущий череп

– А может, лучше не надо? – нахмурился Джордж. – Если мы его тронем…

– Да взгляни на него, он долго не протянет. Давай помогай.

Пока они переворачивали Карвера, я пошла в библиотеку и позвонила куда следует.

Когда я возвратилась, они уже перевернули Карвера лицом к полкам. Он лежал, откинув одну вытянутую руку в сторону, с полуоткрытыми глазами. Лужа крови меньше не стала. Локвуд присел, склонился к лицу Карвера. Джордж опустился на колени за спиной старьевщика с карандашом и бумагой в руках. Я подошла ближе, склонилась над Джорджем.

– Он пытается что-то сказать, – сказал Джордж. – Но еле шепчет. Какая-то чушь: «Каноэ протекло».

– Тсс! – шикнул Локвуд. – Ты не расслышал. Не «каноэ протекло», а «костяное стекло», это ясно как божий день. Он говорит про вещь, которую украл. Джек, Джек, ты слышишь меня?

– Костяное стекло? – Я вспомнила блестящий как зеркало предмет, прижатый к груди лежащего в гробу трупа. Край предмета был неровным, гладким и коричневым. Тогда мне показалось, что он сделан из дерева. А это, значит, была кость? Если так – что за кость? Или чья?

– А мне все-таки послышалось «каноэ протекло», – стоял на своем Джордж.

– Заткнись, Джордж! – прорычал Локвуд. – Джек, кто это сделал? Можешь мне сказать?

Я смотрела на лежащего перед нами умирающего человека. Как странно видеть его здесь и сейчас, после всех наших поисков. Страшный, жестокий старьевщик Джек Карвер. Фло говорила, что один его вид внушает ужас. Возможно, так оно и было, но теперь, когда зло накрыло своим крылом его самого, никакого ужаса он не внушал. Начнем с того, что он оказался моложе, чем я думала. Очень худой, с туго обтянутыми кожей скулами. Болезненный на вид, с выражением отчаяния на лице. Из выреза футболки выглядывала тонкая бледная шея, на подбородке осталось красное пятно – раздраженние после бритья. Футболка грязная, от кожаной куртки идет неприятный запах.

– Кто это сделал? – повторил Локвуд.

Карвер судорожно шевельнулся, слегка приподнял голову. Его рот раскрылся и закрылся, помутневшие глаза слепо смотрели в пустоту. Мы с Джорджем от неожиданности отпрянули назад, Джордж выронил карандаш. Изо рта Карвера послышался хрип, затем он невнятно произнес несколько слов.

– Что? – ахнула я. – Не понимаю, что он сказал?

– Я расслышал, – отмахнулся от меня Локвуд. – Записывайте.

– Карандаш… – бормотал Джордж, шаря по полу. – О, черт, он закатился под него.

– Я никак не подлезу туда, – бормотал Джордж.

– Можешь принести карандаш, Люси?

– Кто-нибудь записывает?! – взвыл Локвуд.

Джордж панически дернулся, от испуга выудив закатившийся под Карвера карандаш, и принялся быстро писать. Мы все склонились ближе к умирающему. Он лежал неподвижно и дышал как птица – часто и мелко.