Рассар

– Кхеррэлл, почему ты не сокрушишь их в своем големе? – поинтересовалась оборотниха.

– Да эти железные ребята меня порвут как свора собак, сколь бы сильным я ни был!

– Но остальных можно занять деревянными големами, а ты будешь уничтожать их мелкими группами…

– В итоге я останусь без деревянных големов, даже если мне удастся вывести железных. Итого тысяча скелетонов против десяти тысяч гномов. Мягкая Лапа, если бы ты видела, как лихо разобрались гномы со скелетонами во время миссии по передаче Тамгарии папаше, – ты бы поняла, что шансов у них нет ни малейших. Даже если выпустить рыцаря смерти. Нет, такой вариант размена неприемлем, мы не в шахматы играем… Фигур на поле не вернуть и партии заново не начать.

Что делать, я просто не представлял. Если до последней минуты ничего не придумаю, то придется устраивать лобовую сшибку, пробив клином ряд железных големов в надежде, что деревянные солдаты окажутся покрепче костяных и хорошенько настучат гномам по головам. Но как-то в это плохо верилось.

А в том, что мне все равно придется вступить в безнадежный бой, я нисколько не сомневался. Альтернатива – сдача, что неприемлемо.

– Зажигательные! – скомандовал я, увидев знак, что машины готовы к работе.

В чаши катапульт поставили кувшины с маслом.

Оставляя дымный след, сосуды с маслом улетели ввысь. И опять гномские маги оказались на высоте. Несмотря на то что снаряды зачарованы как архимагом, так и шаманкой, им удалось отбить большую часть кувшинов в стороны, а те, что не смогли, разбили в воздухе. На гномов пролился огненный дождь, и я уже думал, что сейчас их хорошенько прожарит, но фига с два! Гномы вновь построили «черепаху», и масло не добралось до цели, налипнув на щиты. Более того, гномы стряхнули горючее вещество со своих щитов, словно это вода, и пошли дальше с неумолимостью лавы, медленно, но верно, даже не сломав строя! Эффектно.

Отбитые кувшины, тем временем разлетевшись в стороны, со вспышками огня рухнули среди деревьев. Начался пожар.

– Кто жжет мой лес?!! – раздался позади пронзительный, полный боли и ярости крик.

В следующее мгновение высунувшаяся наполовину из дерева дриада окончательно выскочила из своего жилища.

Во дает! Уже, блин, ее! Только поселилась – и все ее стало, невольно подумал я со смешанным чувством.

– Это все они! – перевел я стрелки на гномов, лишь бы она не взялась за меня.

Дрианда прямо-таки зарычала как разъяренная пантера и покрылась шипами, превратившись в какую-то колючку. Да, дриада в гневе – это страшно, так что неудивительно, что я солгал.

– Они пожалеют, что…

– Постой! – остановил я дриаду, чувствуя, что она готова броситься в безнадежный бой.