3
0– Ты что сделал? – Стаффи моментально высунулась из кухни и с обеспокоенным видом воззрилась на нежданного гостя: – Ты в своем уме? Как ты собираешься отдавать долг за апартаменты?
От открытия, что сладкая парочка делилась личным, а значит, дружила гораздо теснее, чем мне думалось, у меня поползли на лоб брови.
– Ну… – замялся Ирвин и встряхнул в руках дорожный саквояж. – Я продал апартаменты, отдал долг и приехал к вам. Мне нравится в Питерборо. Здесь воздух свежий, «Дюжина драконов»… Стефани…
Некоторое время мы молчали. Ирвин подошел к прилавку, ожидая моего решения.
– Ирвин, ты знаешь ситуацию в лавке, – вымолвила я. – Сейчас я не могу обещать жалованье, как в торговом доме.
– Я сейчас безработный и бездомный, а в «Пряной штучке» место с питанием и проживанием, – улыбнулся он и тут же принялся себя нахваливать: – К тому же я ценный работник. Отлично продаю перечные смеси и умею готовить.
– Двадцать золотых в месяц, – тут же предложила я. – Устроит?
– Вторая спальня по-прежнему свободна и кухня полностью в твоем распоряжении.
Удивительно, но нам с подругой даже не пришло в голову занять мужскую комнату. Она словно бы не принадлежала нам и по-прежнему ожидала своих жильцов, а мы так и пихались по ночам в одной кровати, отвоевывая место на перине.
– Какое счастье, что ты вернулся, – пробормотала Стаффи, – потому что я больше не в состоянии жевать «Дракоширак».
– Размещайся, приятель, – махнула я рукой в сторону лестницы.
– Спасибо! – просиял Ирвин, но едва подмастерье поднялся в спальню, как оттуда донесся истеричный вопль: – Что вы сотворили с моей одеждой?
– Стаффи, мне срочно надо к трактирщику, – немедленно выходя из-за прилавка и снимая на ходу фартук, пробормотала я.
– Ну-ну, – ухмыльнулась она.
– За что вы наказали мое исподнее?! – громыхнул следующий возмущенный вопль. – Куда потерялась еще одна туфля? Почему мои кальсоны висят на вишне?!
На втором этаже яростно хлопнула дверь, а потолок сотрясся от громоподобных шагов. Я даже не подозревала, что Ирвин умел злиться. Схватила с вешалки пальто и выскочила из лавки в домашних туфлях. Одеваться пришлось на ходу, трусливо улепетывая в сторону трактира. А сверху сыпался и кружил снег, залетая за шиворот и слепя. Казалось, будто Ирвин Гровер принес в Питерборо зиму.
Снег лег за неделю. Сначала накрыл Озерный край толстым одеялом и стаял, на пару дней превратив Питерборо в каток, а дороги в непролазное месиво. Потом ледяная каша застыла от встряхнувшего землю мороза, и белый покров, подкормленный новым снегопадом, лег окончательно.
За окном снова была круговерть.
