Правила бунта

Честно говоря, я бы все отдал, чтобы вернуться домой, запереться в своей комнате и выполнить задание по английскому, о котором только что упомянул Пакс. Насколько это, бл*дь, жалко? Моему темпераменту требуется много времени, чтобы закипеть, но как только он начинает немного пузыриться, не требуется много времени, чтобы заставить его бурлить. Если Пакс скажет еще одно слово о Карине (что он определенно сделает) я взбешусь и разобью каждый стул в этом баре, пока не останется ничего, кроме дров для растопки. Это не займет много усилий, так как эти табуреты чертовски шаткие и скреплены изолентой. Но все же. На Рэна это не произведет впечатления.

— Я понял, чувак. — Пакс прижимает бутылку пива к губам, но я все еще вижу ухмылку, которую он пытается подавить в уголках глаз. — Она горячая штучка. Большие сиськи. Странное чувство моды, но неважно. Ее одежда не имеет значения, когда ее разденешь. И ее задница феноменальна. Сочная, как гребаный персик. Она, должно быть, много приседает, чтобы иметь такую задницу, как… ЭЙ!

Я хватаю его за загривок, впиваясь пальцами в его кожу. Судя по всему, Пакс не фанат такого обращения, но мне плевать на его недовольство. Я наклоняюсь и прижимаюсь лбом к его виску, говоря тихо, чтобы только он мог слышать.

— Клянусь Богом, Пакс Дэвис. Если ты не заткнешься на хрен, я вырежу тебе язык ржавым ножом, и ты до конца своих жалких дней останешься задумчивым, молчаливым типом.

— Стой, стой, стой! Спокойно. — Чья-то рука хлопает меня по плечу, и вот, наконец, прибыл наш сосед по дому. Рэн появился как раз в тот момент, когда я собирался избавиться от своего едва сдерживаемого разочарования. Он отдергивает мою руку, затем сам обнимает Пакса за шею, притягивая его в дружеский захват. Все это время Рэн не сводит с меня глаз. — Ты нажимал на его кнопки, Дэвис? — спрашивает он Пакса.

Пакс только фыркает.

— Трудно этого не делать, когда он ведет себя как озлобленная маленькая сучка.

— Да. Ты действительно кажешься немного не в духе, чувак, — замечает Рэн, одна из его темных бровей вопросительно приподнимается. — Посетительницы «Косгроув» тебе сегодня не по душе?

В баре пьют только три женщины. Две из них одеты в леопардовый принт, а у третьей не хватает переднего зуба. Рэн смеется, сам рассматривая варианты.

— Хорошо, ладно. Сегодня вечером скудная добыча. Хотя еще рано. До закрытия четыре часа. Никогда не знаешь, кто войдет в эти двери.

Мне не нравится, как он это говорит. Заставляет меня думать, что парень что-то задумал, и Карина может появиться в любой момент. Я бы не сбрасывал этот вариант со счетов. Рэн посчитал бы самым верным испытанием, если бы я мог пофлиртовать с незнакомкой и исчезнуть с ней в туалете, а Карина сидела бы в одной из кабинок, наблюдая за происходящим.