Правила бунта

Она настолько убедительна, что на секунду мне кажется, что это изуродованная голова одного из животных, которых я видела на кладбище в прошлом году. Но потом Рэн натягивает ее, латекс обтягивает его голову, и... это всего лишь маска.

— Боже. Похоже, я ошиблась, — говорю я, съеживаясь.

— Когда парень из Бунт-Хауса говорит об охоте на добычу, Элоди, они определенно говорят о сексе, — говорю я.

— Господи, я больше не могу иметь дело с этим дерьмом. Я ухожу.

Элоди бросается к двери, но, к сожалению, все остальные пытаются уйти одновременно, чтобы выйти в ночь, поиграть в игру, и мы разделяемся в давке. Это чудо, но я обнаруживаю подругу как раз в тот момент, когда она сворачивает с грязной подъездной дорожки к дому, на дорогу, ведущую обратно в академию.

Она не останавливается. Думаю, что ей нужно некоторое время, чтобы успокоиться, поэтому молчу, как можно дольше, но через некоторое время я должна что-то сказать. Не могу просто смотреть ей в спину, спотыкаясь в темноте, ожидая, когда Элоди заговорит.

— Знаешь, я могу за тобой угнаться. Не имеет значения, как быстро ты идешь. Я не отстану.

— Мне бы очень этого хотелось.

— Элоди, ну давай же. Пожалуйста. Ты ведешь себя несправедливо.

— Несправедливо? — Она поворачивается так быстро, что едва не теряет равновесие. — Ты не можешь обвинять меня в этом, Карина Мендоса. Я думала, что ты моя подруга, а ты все это время что-то скрывала и хранила от меня секреты. Ты поклялась, что отнесешь тот дневник в полицию. И ничего не рассказала мне о Маре с самого начала. Сказала, что не придешь сюда сегодня вечером. И — сюрприз, сюрприз, что ты сделала?

Хорошо. В этом она права. Мне не следовало обвинять ее в несправедливости. Хотя вряд ли она сама невинна.

— Ты не сказала мне, что встречаешься с Рэном.

В ее глазах мелькает раскаяние.

— Да. Знаю, и это было дерьмово, но я не чувствовала, что могу тебе сказать. Но у тебя не было причин держать меня в неведении относительно Мары, не так ли?

Я собираюсь объяснить ситуацию с Фитцем, уже прокручиваю в голове то, что скажу, когда из ниоткуда в ночном воздухе раздается леденящий кровь визг.

Элоди обхватывает себя руками, дрожа.

— Зачем кому-то бежать туда в лес без гребаных огней. В этом нет никакого смысла.

— Клаустрофобия в этом месте — вполне реальная вещь, Элли. Ты в академии всего пару месяцев, но попробуй пожить здесь несколько лет. Ты начинаешь немного сходить с ума и даже не понимаешь этого. Если ты учишься в Вульф-Холле, то парни из Бунт-Хауса — большое дело. Они задают тон на весь год. Если ты парень, то хочешь быть ими. Если — девушка, то хочешь с ними встречаться. Так было всегда. Поэтому, когда они выкидывают подобное глупое дерьмо, все всегда спотыкаются друг о друга, чтобы присоединиться к ним.