4
0Сначала мне нужно поговорить с Дэшем и выяснить, что, черт возьми, я должна говорить.
Мара, вероятно, сбежала в Маунтин-Лейкс. Она темпераментна и вспыльчива, и если прошлой ночью поругалась с Фитцем или Рэном, а еще и с Мерси, то вполне могла решить, что ей нужно сделать грандиозную выходку. Все могло случиться после того, как я ушла с Дэшем и направилась в его комнату.
— Пресли, — говорю я. — Вы говорили с Пресли? Она может знать, куда ушла Мара.
Харкорт поджимает губы и качает головой.
— У Пресли проблемы с желудком. — Женщина ни на секунду в это не верит. Она знает, что у Прес похмелье. — По-видимому, девушка мало что помнит из прошлой ночи, а то, что помнит, не имеет никакого смысла. Пресли сказала, что доктор Фитцпатрик был на вечеринке в доме ниже по холму, что, очевидно, чистая фантазия. Уэсли ни за что не сделал бы такой глупости, как пойти на студенческую вечеринку и выпивать с учениками. — Харкорт внимательно наблюдает за моей реакцией. Предполагаю, что она надеется уловить что-то на моем лице, что могло бы сказать ей, правда это или нет, но я практиковалась в искусстве контролировать свои эмоции, когда это необходимо, и ничего не выдаю.
— Мне очень жаль. Сейчас я ничего не знаю. Но если вы позволите мне встать и взглянуть на мой телефон, я…
Женщина протягивает руку.
— Отдай его мне, пожалуйста.
— Твой телефон. Полиция забрала у всех мобильные телефоны на случай, если Мара позвонит кому-нибудь из них. Они определенно захотят получить твой, а Олдермен не хотел бы, чтобы твой телефон попал в их руки. Он содержит конфиденциальную информацию.
— Какого рода конфиденциальная информация? — Неужели она думает, что я обсуждала там государственные секреты или что-то в этом роде?
— Номер телефона Олдермена. Электронная почта Олдермена. Информация, которая может привести заинтересованные стороны прямо к нему. Ты не... Послушай, просто поверь мне. Ты не хочешь передавать такие вещи полиции. Даже обычным копам, Карина. Если твой телефон окажется в ФБР или ЦРУ…
— В ЦРУ? — Пять минут назад мне снился сон. Я была в булочной, пытаясь купить рогалик, но они продолжали посыпать сливочный сыр разрыхлителем. Это было странно, но это утверждение еще более странно. Я не могу осмыслить все это.
Харкорт машет рукой.
— Твой телефон, Карина. За дверью стоят люди в форме. Ну же. Я серьезно. Если тебя хоть на йоту волнует Олдермен, ты сделаешь так, как я говорю.
Это единственное, что она могла сказать, чтобы заставить меня подчиниться. Конечно, я забочусь об Олдермене. Он защищал меня и следил за тем, чтобы я не попадала в неприятности в течение многих лет. Если тот попадет в беду из-за моего упрямства, я никогда себе этого не прощу.
Протягиваю ей телефон.
Она смотрит на экран и закатывает глаза.
— Господи, Карина.
