Правила бунта

Утром я попрошу Би отправить тебе по электронной почте руководство по связям между учениками и учителями. Внимательно изучи его. И убедитесь, что серьезно относишься к этой новой ответственности. Это важная роль, и мне нужно, чтобы ты относилась к ней соответственно. Мы поняли друг друга?

Я что, попала в альтернативную реальность? Я схожу с ума? И согласилась на что-то во сне сегодня утром? Я улыбаюсь, широко и ярко.

— Да, конечно, директор Харкорт.

Женщина поворачивается и идет по коридору в направлении своего кабинета. Даже стук ее каблуков, когда она уходит, звучит неодобрительно.

— Что, черт возьми, все это значит?

Поднимаюсь по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки, и бегу обратно в свою комнату, пытаясь распутать нелогичную информацию, которую получила в этом странном взаимодействии. Весьма неожиданно? Принуждение? Плата за обучение? Дружба Олдермена с Харкорт? Дружба? Я знала, что они знакомы друг с другом, но, судя по всему, их связь выходит далеко за рамки этого. На третьем этаже я открываю дверь в свою комнату, сбрасываю с себя мокрую куртку и, спотыкаясь, останавливаюсь, когда обнаруживаю, что Хлоя Хан спит в моей постели. Или вернее спала. Девушка резко просыпается и садится, глаза у нее размером с луну.

— Эй! Какого черта ты делаешь?

Добавляю это новое обстоятельство к списку странного дерьма, которое произошло с тех пор, как я вернулась в академию.

— Нет, — возражаю я. — Какого черта ты делаешь, Хло?

— Ты хоть представляешь, сколько времени мне потребовалось, чтобы перевезти все вещи? Часы. Я только что легла в постель, и мне нужно рано вставать в шахматный клуб. У меня все на месте. Если что-то из твоих вещей пропало, приходи утром и поищи. Я устала, и мне нужно поспать. А теперь убирайся.

Мне стыдно за то, сколько времени потребовалось, чтобы сложить эти кусочки вместе. Но теперь я все понимаю. Каким-то образом, без моего ведома или согласия, я случайно поменялась комнатами с Хлоей Хан. Оглядывая свою крошечную комнатку, я не узнаю ни одного предмета мебели. Комод. Стол и стул. Книжная полка и книги. Кровать, на которой спит Хлоя, моя, но она застелена простынями Хлои, одеялом Хлои и самой Хлоей, аккуратно уложенной между ними.

Это больше не моя комната.

— Эм… напомни, какой у тебя был номер комнаты?

Хлоя утыкается головой в подушку, застонав от разочарования. Ее волосы торчат во все стороны, когда девушка снова поднимает голову и смотрит на меня.

— Четыреста девятнадцатая. Пятая дверь справа. Прямо над этой. Оттуда открывается потрясающий вид на обсерваторию. А теперь, пожалуйста. Я устала…

— Хорошо, хорошо, уже ухожу.

Сегодня вечером я была на четвертом этаже, забегала в комнату Мары, но, поднимаясь по дополнительной лестнице, чувствую себя незваным гостем.