1
0Радостно оскалившись, огневик пустил в орудие стихийную энергию. Красное лезвие раскалилось и начало источать жгучий разъедающий пар, однако мантия сдержала эту атаку и я дернул зажатую алебарду на себя.
В этот момент второй огневик, воспользовавшись тем, что я обездвижен, бросился в атаку со спины и уже метил мне выверенным ударом в шею.
— Медленно и предсказуемо, — хмыкнул я, и вывернув тело там, где оно не должно выворачиваться, пропустил взмах лезвия алебарды над собой и в последний момент схватил ближнего огневика за забрало и резко дернул в сторону.
Голова огневика со скрежетом металла слетела с плеч и мы с охреневшим от того, что захреначил своего друга, бойцом остались один на один.
И оба с алебардами в руках. Правда моя с замотанным лезвием была зажата подмышкой, но древковую часть оружия люди слишком недооценивают.
Особенно такого тяжелого.
Одно резкое движение и тупой конец алебарды прошел сквозь щель забрала шлема, и пробил мозг второго огневика через глазницу.
Все действия уместились в каких-то пять секунд и, если честно, заканчивать перспективную тренировку так резко было неприятно.
Но любопытство было уж слишком сильно.
И хоть по типовой бордовой форме и гербам огневиков я примерно понял, с кем имею дело, хотелось знать наверняка.
Догнать последнего не составило труда.
Хоть для этого мне и пришлось немного схитрить и таки использовать стихийную энергию для ускорения. Но так как делал я это не для боя, то не считается.
Тщетно пытавшимся героически сбежать владельцем голоса оказался запыхавшийся паренек с козлиной бородкой, борзым, явно аристократическим взглядом и в облегченной версии боевого костюма бордового цвета.
— Ч-чего т-тебе надо, — увидев меня на пути, тормознул огневик, тщательно пытаясь восстановить сбившееся дыхание.
К моему сожалению, и в своей лучшей форме этот парень был далеко не уровня Лео, а сейчас его источник и вовсе был практически пуст.
Жаль, я надеялся с ним немного потанцевать и продолжить прерванную тренировку, но он все остатки сил исчерпал на попытки от меня сбежать.
Даже меч свой едва удерживал в руках. Весьма добротный, кстати, меч. Куда лучше тех алебард, за которыми я собирался вернуться.
— Это я хотел тебя спросить, болезный, — усмехнулся я и демонстративно бросил перед огневиком окровавленный шлем одного из его павших бойцов.
Пусть осознает, что к нему на помощь никто не придет. А то знаю я этих аристократов, любителей поболтать.
— Я-я не хочу проблем, парень, — сглотнул тот ком в горле и убрав руки от меча, поднял их над головой, — мы обознались… да… точно обознались! С кем не бывает? Я заплачу тебе за ошибку! Сколько ты хочешь?
— Ошибку, говоришь.
