Пощадить – погубить, или Игры мужскими судьбами

Я лежала, смахивала слёзы, смотрела в небо и размышляла о том, что произошло дальше, после того как компания увидела лежащий на берегу труп… Либо молодые люди тут же позвонят в милицию, либо предпочтут откреститься от страшной находки и побыстрее и подальше уехать. По идее, у нас сейчас не так много добровольцев, готовых тратить своё время на общение с милицией. Наши органы правопорядка умеют любого свидетеля превратить в обвиняемого.

В любом случае, меня никто не видел. Есть только один человек, который может рассказать обо мне, это Семён. Для того чтобы выйти на деда Семёна, милиции потребуется опросить местных жителей. Даже и если он обо мне расскажет, то ещё нужно установить и доказать тот факт, что Владимира действительно отправила на тот свет именно я.

Тут я вспомнила, что перед тем, как меня похитить, Владимир забрал все мои сбережения. Когда он давал деду Семёну деньги на продукты, то ходил к машине. Значит, и мои деньги остались лежать там. По всей вероятности, где-нибудь в бардачке. Сожалеть о них не имело смысла, ведь самое главное – это то, что я осталась жива, а всё остальное не имело значения. Главное, добраться до дома и зажить так, словно всё, что со мной произошло, это обычное недоразумение, которое я смогу перенести с высоко поднятой головой. И уж если мне когда-нибудь придётся отвечать за случившееся, то для начала пусть докажут, что убийство было умышленным. Я убила Владимира в целях самозащиты, после того как он почти двое суток удерживал меня заложницей у себя в доме. Если бы я его не убила, то ещё неизвестно, чем бы это всё могло закончиться. Это была единственная возможность сбежать из этого ада и тем самым сохранить себе жизнь.

Уставшая, совершенно измождённая, я лежала на траве, свернувшись калачиком, и сама не заметила, как задремала. Проснувшись, я попыталась вспомнить всё, что со мной произошло. Поёжившись от холода, поднялась, поправила мятый халат и осмотрелась по сторонам. Я стояла посреди поля, на котором уже давно ничего не выращивали, и старалась понять, в какую сторону мне лучше всего двигаться.

Выбрав такое направление, чтобы лесополоса оставалась позади, я вышла на узкую дорогу и стала ждать, вдруг по ней проедет какой-нибудь автомобиль. Голосовать здесь было довольно опасно, но я была в таком отчаянии, что села бы абсолютно в любой автомобиль, лишь бы оказаться в Москве.

Наверное, кто-то там, наверху, услышал мои молитвы, и позади меня послышалось урчание двигателя. Запахнув халат поглубже, я встала на обочине, вытянула руку и приготовилась ловить машину. Но то, что произошло дальше, не поддавалось никакому описанию. Мимо меня на огромной скорости пронёсся автомобиль и влетел в стоящее неподалёку дерево. Я лишь чудом успела отскочить, упав при этом в канаву.