1
0Картошка, свекла и морковь тоже, – рассуждал Владимир, наливая коньяк. – Возьми пару бутылок газировки, мясных консервов, свежего хлеба, колбасы, сосисок и яиц.
– Зачем яйца-то покупать? Я тебе домашних дам. Зря я, что ли, курей держу?
– А как же вы за руль-то сядете, если сейчас рюмочку усугубите? – не могла не поинтересоваться я, разглядывая деда. – Хотя у вас тут явно ГАИ нет.
– А я на велосипеде езжу, – резво ответил дед. – Поэтому мне права не нужны и можно усугублять столько, сколько захочется. Я, перед тем как куда-нибудь ехать, всегда самогоночкой заправляюсь.
– Как же вы на велосипеде продукты возите?
– Много, конечно, не привезёшь, но кое что можно. У меня даже специальная корзинка есть.
Пропустив несколько рюмок, дед взглянул на часы и хотел уже встать из-за стола, но Владимир попросил его подождать, пока он сходит в машину за деньгами. Как только за ним закрылась дверь, я с надеждой посмотрела на деда и испуганно заговорила:
– Пожалуйста, помогите. Я Владимиру вовсе не любимая девушка. Я – заложница.
– Что значит – заложница? – не сразу понял меня дед.
– Он меня похитил и удерживает здесь силой. Как только вы доберётесь до районного центра, то, пожалуйста, позвоните в милицию и расскажите им обо мне. Когда меня освободят, я обязательно вас отблагодарю.
– Детка, ты лучше выпей, – посоветовал мне дед Семён и подлил коньяка.
– Вы мне не верите? Зря. Это чистая правда. Владимир меня ограбил, похитил и привёз сюда. Поймите, меня уже ищут. Он больной человек. Я его очень боюсь. Видите, у меня разбита губа. Ночью он меня избил и изнасиловал. У него есть оружие, и он запросто может меня убить. Если вы сообщите о нём в милицию, то этим спасёте мне жизнь.
– Детка, я знаю Володьку много лет. С тех пор как он ещё пацаном был. Я к нему хорошо отношусь. Даже если ты и говоришь правду, то это не моё дело. Я в Володькины дела никогда не лез и не полезу. Это его личная жизнь, и он делает то, что считает нужным.
Покраснев от возмущения, я собиралась сказать деду, что он просто обязан мне помочь, ведь отказывать в такой ситуации по меньшей мере бесчеловечно. Но я не успела произнести даже слова, как на пороге появился Владимир и протянул деду деньги на продукты.
– Семён, в общем, ты сам, своим взглядом прикинь, что нужно купить. Я тебе вроде всё перечислил. Алин, ты что завтра готовить будешь? – обратился Владимир ко мне. – Подумай, что ещё тебе нужно.
– Я?! Готовить?! – Мне показалось, что ещё немного и у меня начнётся истерика. Владимир моментально это почувствовал и постарался выпроводить деда.
– Не обращай на неё внимание. Она немного не в себе.
Когда мужчины вышли на улицу, я налила себе полный бокал коньяка и выпила в гордом одиночестве. Вот так, в одночасье, моё существование потеряло всякий смысл.
