Порочный рокер

 – Хм… я никогда не ношу носки из одной пары.

– Никогда. Я перемешиваю их, как только покупаю.

– У меня есть приносящая удачу кожаная куртка. Я указала на ту, что была на мне.

– И она приносит удачу, потому что?..

– Потому что, когда я ее ношу, всегда происходят хорошие вещи. Я очень берегу ее и поэтому надеваю редко.

Он посмотрел на меня как на полоумную.

– Почему бы тебе не носить ее постоянно?

Я вернула ему такой же взгляд.

– А что, если я изношу всю ее везучесть?

Он рассмеялся над такой логикой.

– Ладно… Любимая поза в сексе?

Тут мне пришлось задуматься.

– Серьезно? – Тон выражал глубочайшее недоверие. Теперь мы застряли в пробке в Гастауне, так что в ближайшее время я отсюда не выберусь.

– И что же тебя в ней привлекает?

– Ну что ж… Мне нравится, когда мужчина лежит на мне сверху. Ну, знаешь, иметь возможность ощущать его… его вес и силу… – На этом я решила замолчать, потому что Джесси буквально прожигал меня взглядом. Я поерзала на стуле, поскольку начала потеть в коже и кружевах. – Что насчет тебя?

– Любимое блюдо – стейк на косточке, с кровью, – сказал он. – У меня аллергия на кошек. Иногда я разговариваю во сне.

– В самом деле? И что ты говоришь?

– Не знаю. Ты моя девушка. Это ты мне скажи.

– Кажется, я слышала, как ты бормотал что-то о том, чтобы вытатуировать мое имя у себя на заднице.

– Похоже на то, что я бы сказал.

– Любимая поза в сексе?

– Мое лицо. Между твоих ног.

Смех оборвался, когда мои щеки вспыхнули. Точно. Оральная зависимость.

– Хм… – Я сглотнула. – Разве это не поза для прелюдии?

Он ничего не ответил, просто жевал свою жвачку и улыбался. Рев «Феррари» эхом отражался от ближайших зданий, пока мы пробирались по узким улочкам.

– Так, что мне сказать людям? – спросила я, пытаясь увести разговор в сторону от секса. – Я имею в виду, они будут спрашивать. Понимаешь, о нас с тобой. – Может быть, вся такая нарядная, с макияжем, нижним бельем и модным освещением в глянцевом музыкальном клипе, я в чем-то и подходила ему, но правда заключалась в том, что Джесси Мэйс был совсем не моего полета птицей. Он должен это понимать.

Как и все остальные.

– Просто скажи им, что я трахаю тебя до умопомрачения каждую ночь, и ты никогда не была так счастлива, – беззаботно ответил он. – Что еще им нужно знать?

– Но разве мы не должны согласовать несколько деталей? Подкрепить наши истории? Например, что тебе больше всего нравится во мне? При условии, что мне больше всего нравится в тебе то, что ты трахаешь меня до умопомрачения каждую ночь.

– Мне нравится трахать тебя до умопомрачения каждую ночь.

Я вспыхнула; в моей кожаной куртке становилось чертовски жарко, но я боялась снять ее и снова оказаться под его пристальным взглядом, когда он заметит глубокий вырез моего платья.