Порочный рокер

Я почувствовала, как румянец заливает мое тело, когда его челюсть напряглась; он снова жевал резинку.

– Итак, эм… ты любишь корицу. – Способ завязать разговор. – Я имею в виду, что только сейчас это заметила… – Я почувствовала запах жвачки. Он неплохо сочетался с запахами нового «Феррари» и бога рока, но я не собиралась ему это выкладывать.

– Мою оральную зависимость?

– Ты так это называешь?

– Я люблю, чтобы у меня всегда что-нибудь было во рту. – Его прекрасное лицо расплылось в лукавой улыбке, и он с преувеличенным наслаждением начал жевать. – Я бросил курить в прошлом году. Жевательная резинка помогает, но я не люблю мяту.

И теперь я не могла оторвать взгляда от его рта.

– Итак, кто там будет? – Я сменила тему, стараясь звучать непринужденно, хотя костяшки вцепившихся в кожаное сиденье пальцев побелели. К счастью, движение на дороге было довольно плотным, так что мы не могли разогнаться.

– Только группа, – сказал он, когда мы проскочили на красный свет. – Немного прессы. И еще куча людей, которых пригласил Броуди и о которых тебе не стоит беспокоиться. Мы будем в VIP-зале.

– Новая группа? – Я надеялась и молилась, что он подразумевал именно это. Мысль о том, чтобы провести ночь с участниками его нового сольного проекта, кем бы они ни были, казалась гораздо менее пугающей, чем тусовка с участниками Dirty. Согласно данным «разведки» Деви, только Джесси все еще жил в Ванкувере, где начинали свою карьеру Dirty; остальные же участники группы жили в Лос-Анджелесе, но я понятия не имела, чего ожидать от сегодняшнего вечера.

– И та, и другая на самом деле, – сказал он.

– Они знают об этом? – спросила я. – О нас?

– Только то, что мы им скажем.

– О том, что я плачу тебе за то, чтобы ты притворялась моей девушкой? Не думаю.

– Значит… они думают, что мы действительно вместе?

– Подумают, когда я появлюсь с тобой.

Черт возьми. Это становится реальностью.

Взгляд Джесси остановился на чем-то впереди, и я проследила за ним. Это была автобусная остановка. На одной из стен висела реклама за стеклом, на которой была изображена великолепная брюнетка-модель в джинсах, солнцезащитных очках, с губной помадой и почти без всего остального.

– Итак, – начала я, когда движение снова возобновилось, – почему я? Ну, то есть ты мог бы заполучить кого угодно. Ты мог бы заполучить ее. – Я указала на модель, когда мы проезжали мимо.

– Это моя сестра, – сказал он похолодевшим тоном.

– Она в Лос-Анджелесе.

Уголки его губ слегка дрогнули.

– Что, прости? – Я не смогла удержаться от смеха. – Джесси и Джесса?

И снова намек на улыбку.

– Ага. Думаю, мама была в полном раздрае, когда наш отец бросил ее беременную. Поэтому она разрешила мне назвать ребенка.