Порочный рокер

– Я имею в виду, я жалела, что дала ему такую власть. Знаю, я притворяюсь, что пережила это, но, думаю, я все еще ненавижу его, ибо так легче притворяться, что он не причинил мне боли. Что он никогда не был тем, кто удивлял меня, приводил в трепет и заставлял улыбаться. Что он никогда не был мужчиной моей мечты. Или, по крайней мере, мужчиной, которого я считала своей мечтой.

Я знал, что должен был сказать ей тогда. Рассказать правду о Джоше. Но я колебался. Я мог вынести приступ ревности, когда она так говорила о нем, но не мог вынести ее страданий и мыслей о том, что он такой хороший парень.

– Детка, Джош передал это фото прессе.

Черт. Я этого не ожидал. И не понимал, почему она не пришла в еще бо́льшую ярость по этому поводу. Но, возможно, это был хороший знак. Знак, что она наконец решила покончить с этим.

– Он хотел, чтобы ты и я это увидели. Он хотел, чтобы ты почувствовала все то, что чувствуешь сейчас.

Это было правдой. Парень все еще мучил ее. И я мог бы попросить Джуда «позаботиться» о Джоше. С этим проблем не было. Проблема была в том, что Кэти чувствовала себя из-за этого дерьмово.

Я придвинулся ближе, пока мы не оказались в нескольких дюймах друг от друга. Я чертовски сильно хотел прикоснуться к ней. Но я не знал, хотела ли она этого.

– Когда происходят подобные вещи, – сказал я ей, – часто нужно обращать внимание на окружающих тебя людей. Не всегда это папарацци. Это люди, у которых есть возможности и мотив, выходящий за рамки простого заработка. – Я убрал прядь волос с ее лица и провел пальцами по щеке. – В большинстве случаев то, что они говорят о тебе, то, что действительно ранит, – это правда.

Она посмотрела на меня снизу вверх, выглядя побежденной.

– И как ты с этим справляешься?

– Окружаю себя хорошими людьми и живу своей жизнью. И ты ни перед кем не должна извиняться за то, что ты такая, какая есть.

– Это все, что имеет значение.

Она посмотрела на меня и кивнула.

– У тебя хорошо получается, – мягко сказала она.

Прозвучало не совсем как комплимент.

Она развернулась и подошла к окнам, выходящим во внутренний дворик и на пруд внизу. За ними в лучах заходящего солнца мерцал горизонт центра города, приближались сумерки.

Я мог видеть в отражение стекла ее лицо, на котором отражались водные блики. Я попытался прочесть выражение глаз, но не смог, поэтому подошел и встал у нее за спиной. Я глубоко вдохнул ее сладкий аромат, а затем положил руки ей на плечи и почувствовал, как она глубоко вздохнула.

– Дело в том, – сказала она, – что я думала, будто люблю Джоша. Я действительно любила его. По крайней мере, то время, пока мы были вместе. И когда он бросил меня на публике, это было очень больно. Думаю, я не хотела, чтобы кто-то проходил через подобное на моих глазах. Вот почему я отправилась к Эль.