0
0У Dirty было огромное количество поклонников на востоке, и я хотел увидеть каждого гребаного фаната, пока был здесь. Именно это я сказал Броуди, когда команда собиралась сделать заказ.
Но где-то в округе Колумбия я начал сожалеть о таком бешеном темпе… как раз в тот момент, когда я осознал, что Кэти отдаляется от меня. По какой-то причине, казалось, она больше не участвует в игре.
Ее тело было совсем другим. Она делала свою работу, и делала ее хорошо. Она играла свою роль на все сто и выглядела при этом потрясающе. Судя по всему, она по-прежнему была без ума от меня. Моя преданная подруга зависала за кулисами, держа меня за руку на каждом мероприятии, сражалась со мной языком в каждом темном ночном клубе, куда мы заходили. Когда бы я ни захотел – на публике – она была рядом, теплая и готовая показать себя. Но она что-то скрывала… сдерживалась, и я понятия не имел почему.
Девушка делала все, о чем я ее просил, и можно было подумать, что мне этого будет достаточно. Очевидно, это было не так.
Я оглядел сидящих за столом, но моей, так называемой, подружки нигде не было видно.
Поправка. Ее определенно можно было увидеть. Каждый человек в этом чертовом заведении мог видеть, как она стояла у барной стойки, а ее короткая юбка задралась до кремово‐белых бедер, когда она наклонилась, чтобы привлечь внимание бармена. Она стояла между Пеппером, разговаривающим с незнакомым парнем по другую сторону от него, и каким-то случайным придурком с ирокезом, который пялился на ее задницу. Пока я наблюдал, ирокез наклонился и якобы случайно столкнулся с ней плечом. Затем завязался разговор, и он угостил ее выпивкой.
Я опрокинул в себя несколько шотов бурбона, позволяя ликеру разогреть мою кровь.
Я наблюдал, как ирокез отпустил какую-то блестящую шутку. Я знал, что шутка оказалась блестящей, потому что Кэти рассмеялась. Кэти рассмеялась искренне, запрокинув голову, обнажив идеальные маленькие белые зубки, ее щеки порозовели, а глаза засверкали от гребаного восторга. Этот парень был чертовым комиком или что-то в этом роде, потому что я уже несколько дней не видел, чтобы она так смеялась.
И, черт возьми, не мог этого вынести.
Но я не мог вынести этот гребаный смех. Эту чистую, ничем не сдерживаемую радость Кэти, слетающую с ее идеальных розовых губ.
С таким же успехом он мог заставить ее кончить прямо у меня на глазах.
Я со стуком поставил стакан на стол, что Раф воспринял как намек на то, что мне нужно больше выпивки, и заказал еще бурбона. Я опрокинул его в себя и согнул руку, долго разглядывая кольца на своем кулаке, пока Раф снова наливал мне.
Очевидно, есть только два варианта развития событий.
Во‐первых, я мог бы пойти туда и сделать какую-нибудь глупость, например, разбить этому случайному засранцу лицо пригоршней металла.
